Законы любви

Законы любви

Юная англичанка Сисели Боуэн, фрейлина королевы Шотландии, — украшение эдинбургского двора. Ее поклонникам нет числа, и Сисели готова отдать предпочтение блестящему Эндрю Гордону, но гордый и суровый Йен Дуглас не намерен отказываться от желанной женщины. Закон Шотландии дозволяет мужчине похищение невесты — и Йен увозит красавицу в свой замок. Теперь прекрасная англичанка в его власти, однако Дуглас не прикоснется к Сисели, пока та не полюбит его всем сердцем…

Глава 18

 

 Желание Кира, похоже, исполнилось. Только следующим летом Яков Стюарт собрался в поход на север.

 Среди приграничных лордов были те, кого Яков непременно хотел взять с собой. Он послал за сэром Уильямом, а тот, в свою очередь, послал за сыном с приказом встретиться в назначенном месте и привести своих людей.

 Узнав об этом, Сисели взбунтовалась.

 — Горцы не имеют к нам никакого отношения, — ворчала она.

 — Король — мой сюзерен, — возразил Кир. — Ты не дочь крестьянина, которой неведом долг. Меня призвали. Я должен покориться без всяких колебаний.

 — Знаю, — недовольно ответила Сисели. — Но не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

 — Собрание кланов в Инвернессе скорее всего не таит никакой опасности, дорогая, — заверил Кир. — Король придет с большим войском. Они заключат мир, поскольку лорд островов Александр Макдоналд далеко не дурак. Заставив короля ждать четыре с половиной года, он наконец преклонит колено, а остальные вожди северных кланов последуют его примеру. Самолюбие всех будет удовлетворено. Мы будем пировать, пить виски и эль, а потом разойдемся. Я вернусь достаточно быстро, но тебе придется наблюдать за косьбой и, возможно, за жатвой. Иначе никак не получится.

 — Обещаю, — кивнула Сисели, целуя мужа.

 — Ты будешь скучать по мне? — нежно допрашивал Кир.

 — Может быть, — кокетливо ответила она, расчесывая длинные волосы.

 Завтра Кир уезжает, а она так привыкла к его присутствию в своей жизни, что будет ужасно по нему тосковать.

 Он взял щетку и стал водить по ее волосам.

 — Я оставляю Фрэнга вместе с дюжиной солдат. На границе спокойно. Англия с нами в мире и занята собственными делами. Ты будешь в безопасности.

 Отложив щетку, он обнял Сисели за талию и стал ласкать грудь. Сисели с тихим вздохом откинула голову ему на плечо. Страсть между ними не уменьшилась после рождения сына, а разгорелась еще ярче.

 — Я в безопасности, пока ты рядом, — пробормотала она и, отстранившись, сняла камизу, легла в постель и с улыбкой протянула к нему руки.

 Само совершенство. Она само совершенство. Даже рождение детей не изменило ее фигуры.

 Кир оседлал ее, прежде чем схватить в объятия и осыпать поцелуями. Сисели с радостью принимала каждую ласку, но чуть погодя толкнула мужа на спину и стала лизать торс, живот, спускаясь все ниже, целуя, гладя и не забывая подуть на влажную кожу.

 — Ты восхитителен, — прошептала она и, взяв в рот его мужское достоинство, принялась сосать.

 Кир застонал от восторга. К его удивлению, Сисели не возражала против изысканных постельных забав. Лизала его, играла с рубиновой головкой. Оттягивая назад кожу, покусывала чувствительную плоть, так что Кир трепетал от возбуждения. Потом брала его в рот и сосала, пока он не начинал молить о пощаде. Он предпочитал изливать семя в ее тугое лоно.

 — Довольно, милая, — простонал он хрипло.

 Сисели отпустила его и легла на спину. Она обожала, когда его настойчивый язык лизал ее влажный бутон, пока тот не взорвется, а потом лизал снова, вызывая дрожь возбуждения. Сегодня Кир проник языком в ее лоно, а потом стал ублажать пальцами. И наконец, вонзился глубоко и сильно, а она встречала каждый выпад, выгибаясь всем телом. Вскоре Сисели уже не могла сдерживаться и забилась в вихре наслаждения.

 Кир поцеловал ее в лоб.

 — Ложись спать, и, прежде чем я тебя оставлю, покажу, что по-настоящему делает меня счастливым.

 Несколько часов спустя он разбудил ее и долго, страстно любил, отчего оба были на седьмом небе.

 Но Сисели тем не менее успела засветло встать и одеться. Они сходили к мессе, позавтракали с отцом Эмброузом, а потом на проводы отъезжающих собралась вся деревня. Священник благословил их и помолился о благополучном возвращении домой.

 Сисели стояла с Йеном на руках. Джоанна цеплялась за ее юбку.

 — Ведите себя благородно, милорд, и, если сумеете, возвращайтесь домой целым и невредимым! — громко пожелала она.

 Лэрд поднял руку, давая знак своим людям. Госпожа долго провожала его взглядом.

 

 Кир вернулся домой в начале августа с рассказом о том, как король расправился с изменниками и подчинил себе Инвернесс и северные острова.

 Сисели зачарованно слушала. Кир старался припомнить все подробности.

 — Что за поразительное время! — повторяла Сисели. — Жаль, что меня там не было! Моя жизнь была далеко не столь интересной.

 И она принялась рассказывать мужу, что косьба завершена, а жатва только началась. Лето подходит к концу, и пора готовиться к зиме.

 Тем временем лорд островов, почувствовав себя униженным, снова начал строить козни против короля. И Яков объявил о начале нового похода, ближе к весне.

 Киру приказали быть готовым в любой момент отправиться с королем и привести с собой столько людей, сколько удастся собрать.

 Сисели ужасно рассердилась:

 — Почему шотландцы не могут жить мирно между собой? Нужно было выходить замуж за такого, как мой отец, богатого и ничем не примечательного! Такого, кто не мчится на войну по первому призыву короля!

 — Успокойся, милая, — уговаривал Кир, но Сисели гневно взмахнула рукой.

 — Нет, Кир, мне не нравится непрерывная война! Что, если бы я опять была беременна?

 — А ты беременна? — обрадовался он.

 — Нет.

 — С этим что-то нужно делать, — поддразнил Кир с лукавой улыбкой. — Джоанна и Йен нуждаются в братике или сестричке.

 — Большинство мужчин просили бы о сыне, — заметила Сисели.

 — И я тоже. Но и девочки имеют свою ценность, милая. Их замужество объединит Гленгорм с другими семьями, которые станут нашими союзниками. Гленгорм — процветающее поместье. В гневе ты сказала, что должна была выйти за богача. Я намереваюсь стать богачом. Еще не знаю как, но стану. Я пока что не истратил ни пенни из твоего приданого. Оно по-прежнему в Эдинбурге, у менялы.

 Сисели не знала этого, а узнав, обрадовалась.

 — Мой отец сколотил состояние, вкладывая деньги в торговлю с Левантом. Нужно быть очень осторожным в выборе судов и торговых предприятий, но это не более рискованно, чем тратить деньги на коров или овец, которых могут украсть. И он всегда советовал не класть все яйца в одну корзину.

 — Это неплохое начало, милая. Вместе мы оставим потомкам прекрасное наследство.

 — Если только ты не погибнешь на одной из королевских войн, — добавила Сисели.

 — Не погибну, — пообещал он, целуя ее руки.

 

 Гонец короля прибыл в конце зимы: время, когда никто не ожидал начала военной кампании. Но дни становились длиннее, и вряд ли можно было ожидать снежных вьюг. Почки на деревьях, однако, не появились, и снег еще лежал на холмах, когда Яков Стюарт с большим войском пересек реку Тей и направился в Северное нагорье.

 На границу пришла весна. Снег сошел, на холмах цвели первые цветы, зазеленела трава. Сисели была уверена, что снова носит ребенка, и нетерпеливо ждала возвращения мужа. Малыш родится в декабре, и интуиция подсказывала, что это мальчик. Кир будет доволен. А Сисели жаждала вновь увидеть мужа и жить счастливо и спокойно. Она получила ответ на письмо, посланное отцу более полутора лет назад. Хотя Роберт Боуэн так и не оправился до конца, духом он был сильнее, чем прежде. Ее мачеха погибла. Сбежав от надзирателей, она утонула в Лейтон-Уотер, небольшой, но быстрой речке, протекавшей в поместье отца. Роберт Боуэн скорбел, но, очевидно, несчастным себя не считал. И писал, что он и его сыновья будут рады повидаться с Сисели, если та сможет приехать.

 Сисели отложила письмо. Она тоже хотела бы увидеть отца, пока тот еще жив, но у нее есть обязанности хозяйки дома, да и дети еще маленькие для столь долгого путешествия. Завтра она напишет отцу и все объяснит…

 

 На берегу озера двое патрульных, оставленных Фрэнгом, обходили берег, время от времени встречаясь посредине. Бетия выскользнула из своего коттеджа и, стараясь держаться в тени, чтобы ее никто не увидел, подкралась поближе и окликнула патрульного. Тот растерянно обернулся.

 — Родди Дуглас, я принесла тебе виски, — сказала она, протягивая глиняную фляжку. — Ночь уж очень холодная для середины мая.

 — Верно, — согласился солдат. — Ты очень добра, Бетия, но надеюсь, не смотришь на меня как на будущего мужа. Я пока не собираюсь жениться.

 — Нет-нет, тем более что ты кувыркаешься с той вдовой, что живет в конце деревни, — захихикала Бетия. — Я слишком стара для такого крепкого парня, как ты, Родди Дуглас.

 Родди самодовольно хмыкнул и, приложившись к фляжке, поблагодарил Бетию.

 — Остальное я отдам твоему напарнику, — пообещала та. — Кто с тобой сегодня?

 — Черный Уильям, — ответил Родди.

 Бетия растаяла в сумерках и вскоре нашла второго парня. Тот тоже не отказался от угощения и охотно прикончил виски. Оставив его, она вернулась к Родди. Стражник уже свалился на песок и громко храпел. Бетия с довольной улыбкой немного подождала, после чего удостоверилась, что Уильям находится в таком же состоянии.

 Захватив с собой фонарь Родди, она подняла заслонку и несколько раз подняла и опустила фонарь. С того берега озера подали ответный сигнал. Вскоре на берег выбралась первая лошадь. Всадник был ей знаком. Ее брат, Дэруин.

 — Добро пожаловать в Гленгорм, братец! — широко улыбнулась Бетия. — Чем могу служить тебе, родич мой, Дэруин?

 Тот соскользнул с лошади.

 — Уверена, что мы сможем взять, что хотим, пока лэрд отсутствует, а защиты почти никакой? Не желаю я терять людей. Дугласы выкосили почти всех Грэмов. Мы захватим женщин, пусть рожают нам сыновей! Ты знаешь, кого выбрать. Мужчин много осталось?

 — Молодежь да старики. Все солдаты в доме. Но когда они услышат шум, прибегут в деревню. Тогда ты можешь прокрасться в дом и похитить леди. Вспахивай ее чрево сколько хочешь, но на твоем месте я бы потребовала выкуп, — посоветовала Бетия.

 — Согласен, — кивнул брат. — А ты пока бери ту маленькую лодку, греби на другую сторону и жди нас. Я пригнал для тебя лошадь. Мы приведем с собой тех женщин, которых украдем. Если скажешь, что какая-то слишком стара или слишком молода, бросим их в воду. Если же нет… кстати, твой ублюдок ушел с лэрдом?

 — Он мертв! — бросила Бетия. — Но сначала сдохла его старуха мать.

 Она злобно ухмыльнулась, и брат понял, кто убил обоих.

 — Садись в лодку! — резко приказал Дэруин.

 Сестрица оказалась куда более опасной, чем он предполагал. Нужно прикончить ее еще до того, как они пустятся в обратную дорогу. Невозможно до конца дней своих бояться, что она вздумает расправиться и с ним. Эта подлая сука думает только о себе! Вышла замуж за Дугласа, все эти годы жила с Дугласами, и все же, глазом не моргнув, предала их. И его предаст, представься такая возможность, но этой возможности он ей не даст.

 Бетия немедленно повиновалась, и Дэруин оттолкнул лодчонку от берега.

 — Увидимся на другой стороне, — бросил он и обратился к своим людям: — Мы оставим коней здесь и пойдем в деревню пешком.

 

 А на том конце деревне, что находился ближе всего к дому, в своем коттедже ворочалась без сна Мэри Дуглас. В отсутствие мужа она всегда плохо спала.

 Неожиданно залаяла собака. Лай перешел в визг и тут же оборвался, прежде чем Мэри услышала вопль.

 Встав, она выглянула в окошко и заметила темные тени, метавшиеся по деревне от коттеджа к коттеджу. Мэри не стала медлить. Схватив плащ, она выскользнула в заднюю дверь и под прикрытием деревьев поднялась на холм. Визг перепуганных женщин становился все громче.

 Добравшись до дома, она заколотила в кухонную дверь. Открыл ей заспанный Габан.

 — Немедленно задвинь засов, парень! На нас напали Грэмы! — крикнула Мэри. — Где Фрэнг? Поднимайте тревогу!

 — Эта дверь не выдержит натиска, — покачал головой Габан.

 — Тогда буди Маб и девушек и поднимайтесь наверх! — приказала Мэри, взбегая по лестнице.

 В зале она нашла храпящего Фрэнга.

 — Поднимайся же! Грэмы напали!

 Фрэнг мгновенно вскочил:

 — Как?! Где?!

 — В деревне. Похищают женщин. Но скоро заявятся сюда. Они пришли со стороны озера, иначе захватили бы меня первой. Я не могла уснуть и услышала шум. Увидела тени и побежала.

 — Соберу людей, пойдем в деревню и все уладим, — решил Фрэнг.

 — Нет! Нет! Нельзя оставлять госпожу и ее детей без защиты. Выкуп потребуют огромный, а это разорит лэрда. Кроме того, Грэмов гораздо больше, чем нас.

 Дверь в конце зала открылась.

 — Что случилось? — спросила Сисели и при виде Мэри вскинула брови.

 На ней была одна длинная сорочка: очевидно, она только что вскочила с постели.

 — В деревне Грэмы.

 — Дом надежно заперт?

 Фрэнг кивнул.

 — Нет, в кухню можно вломиться. Габан мне сказал, — возразила Мэри.

 — В таком случае мы закроем выход из зала на кухонную лестницу, — решил Фрэнг.

 — Где Маб, девушки и Габан? Немедленно гоните их наверх, — велела Сисели.

 Фрэнг помчался выполнять приказ. На кухне он увидел, что Маб с мальчиком и девушками подпирают дверь большим кухонным столом. Засов уже был задвинут. Одобрив такую стратегию, Фрэнг отправил всех в зал. Сисели вместе с Мэри Дуглас тем временем отправилась в новую спальню, где закрыли крепкой деревянной ставней единственное окно. Хотя на нем теперь было стекло, все же ставню не сняли и теперь заложили деревянным засовом. А перед окном нагромоздили сундуки. Рано или поздно в спальню ворвутся, но осажденным требовалось выиграть время.

 — Вы с детьми и женщины сидите здесь, — велел Фрэнг, — и если кто-то попытается сюда ворваться, у вас останется время выскочить в зал. Дверь пока закройте на засов.

 — Нельзя ли послать за помощью в Бен-Дафф или к сэру Уильяму? — спросила Сисели.

 Фрэнг покачал головой:

 — Их люди тоже ушли к королю.

 — Значит, мы совсем одни. Сайн, иди наверх, разбуди детей и кормилицу. Веди всех вниз. Где Маб и ее девушки?

 — Мы здесь, — ответила старушка, помахивая большой скалкой.

 Ее помощницы Бесси и Флора держали в руках деревянные молотки для отбивания мяса.

 — Вижу, вы хорошо вооружены, — невольно улыбнулась Сисели. — Будем молиться, чтобы они не ворвались в дом.

 Она отвела всех в спальню, а сама наскоро оделась и вернулась в зал поговорить с Фрэнгом. Кейт с детьми спустилась вниз; несмотря на взволнованный вид, держалась она стойко.

 — Каковы шансы избежать нападения? — спросила Сисели.

 Фрэнг покачал головой:

 — Попытаемся продержаться, пока им не надоест игра в разбойников. Тогда они уберутся со своей добычей или предложат приемлемые условия капитуляции. Впрочем, они могут уйти с тем, что захватили, и вернуться на другой день.

 — Я не хочу ничьей крови, — прошептала Сисели. — И не вынесу потери кого-то из вас.

 Капитан тепло улыбнулся.

 — Мы сделаем все, что можем, госпожа, — пообещал он, хотя знал, что если Грэмы осадят дом, битва пойдет не на жизнь, а на смерть.

 Перекрестившись, он про себя взмолился о чуде, после чего послал одного из солдат на второй этаж посмотреть, что происходит.

 — Деревня горит! — крикнул тот сверху. — Отсюда все видно!

 — Этого следовало ожидать, — безмятежно заметил Фрэнг, пожимая плечами.

 — Женщины визжат так, словно их режут, — продолжал наблюдатель, — и бегают по всей деревне, а Грэмы за ними гоняются.

 — Вот и хорошо, — кивнул Фрэнг. — Пусть решают, что им больше нужно: женщины или дом лэрда. Если они не справятся с нашими девушками, то не смогут напасть и на дом.

 К неописуемому раздражению Дэруина, женщины не собирались сдаваться и рассеялись по деревне. Половина его людей гонялась за ними, пока вторая половина поджигала коттеджи.

 — Не трогайте тот коттедж, что в самом конце! — крикнул он. — Сгоняйте туда баб, мы запрем их под охраной. А сами пойдем за женой и детьми лэрда. По крайней мере, хоть выкуп получим!

 После нескольких часов беготни молодых женщин поймали и заперли в коттедже Мэри Дуглас. Женщин постарше и детей ловить не стали. И пока старики и старухи ругались, требуя оставить в покое их дома, Грэмы не подпускали их близко, твердя, что им повезло остаться в живых. Впрочем, кое-кто был не против прикончить назойливых Дугласов, и в другое время Дэруин отдал бы такой приказ, но сегодня ему требовались только женщины, способные выносить будущих потомков Грэмов, и жирный выкуп.

 Надежно заперев пленниц, Грэмы двинулись к дому. Небо уже начало светлеть, и в воздухе стоял запах гари, но день обещал быть ясным. Дэруин неожиданно увидел в загоне шесть упитанных коров. Глаза его загорелись. Он хотел получить этих коров, вымя которых было полно вкусного молока.

 — Переплывите озеро вместе с этими красотками, — велел он троим, — и возвращайтесь.

 Все трое отправились выполнять приказ, а Дэруин повел остальных к дому. На подходах из окон верхнего этажа вылетела куча стрел, и многие нашли свою цель. Вопли боли наполнили пространство. Дэруин велел своим людям отойти. Присмотревшись, он обнаружил, что дверь тяжела и окована железом. Должен быть другой способ проникнуть в дом. А пока он послал людей срубить дерево. Ветви они обрубят, и получится импровизированный таран. Еще двоим он велел обойти дом и найти слабое место.

 К счастью, ни один не был серьезно ранен. Стрелы вырвали, раны перевязали. Двое вернулись и сообщили, что нашли выходящую в огород дверь, которую можно взломать. Кроме того, есть еще закрытое ставней окно.

 — Сначала попробуем дверь, — решил Дэруин. — Если она кухонная, значит, оттуда есть выход в зал.

 Но дверь никак не поддавалась. Может, и она обита железом?

 — В таком случае у нас есть окно! — воскликнул он.

 В спальне послышался звон разбитого стекла. Женщины молчали, боясь напугать детей. Обдумав дальнейшие действия, Сисели вышла в зал.

 — Они уже взломали внешнюю ставню и разбили стекло. Как только уничтожат внутреннюю, смогут отодвинуть сундуки. Нужно увести детей и женщин наверх. Здесь на нас могут напасть с двух сторон, — сказала она Фрэнгу.

 — Вы правы, миледи, — согласился он.

 — Быстро! — крикнула Сисели женщинам. — Бегите наверх в детскую, пока эти негодяи не ворвались в дом!

 Женщины поспешили наверх, унося детей.

 — Вы тоже, госпожа, — тихо сказал Фрэнг.

 Сисели открыла рот, чтобы возразить, но, поняв, что ведет себя глупо, кивнула.

 — Только не позволяй себя убить, — прошептала она.

 — Если и так, заберу с собой нескольких Грэмов для компании, — ухмыльнулся Фрэнг.

 Сисели поднялась наверх. Что, если дом подожгут? Смогут ли они благополучно выбраться? Пресвятая Дева! Ничего этого не случилось бы, будь Кир дома! Неужели война Якова Стюарта с лордом островов важнее, чем благополучие Гленгорма?

 Сисели грустно усмехнулась. Ответ зависит от того, кто задает вопрос. Она уже знала оба ответа…

 

 Отряд был недалеко от дома, когда Кир и его люди увидели дым. Лэрд поднял руку, давая знак остановиться. С холма хорошо просматривалась горящая деревня. Люди Кира разразились проклятиями. И дом! Дом атакуют!

 — Похоже, Грэмы снова пожаловали к нам в гости, парни! Никого не щадить!

 Кир пустил лошадь галопом. Дугласы пришпорили коней.

 Дэруин и его люди почти ворвались на первый этаж. Внутренняя ставня поддалась. Они разметали сундуки и влезли в окно. Немного поглазели на богатое убранство и стали взламывать дверь.

 Один из лучников, стоявших на втором этаже, заметил лэрда и членов своего клана, спешивших по дороге в Гленгорм.

 — Фрэнг! — крикнул он. — Слава Богу, лэрд дома! Открой ему двери!

 Фрэнг приник глазом к щели в ставне и, увидев лэрда, поднял глаза к небу и наскоро пробормотал молитву, благодаря Бога за чудо. Подняв засов, он распахнул дверь перед Киром Дугласом.

 — Сюда, милорд! Они проникли в спальню и пытаются прорваться в зал!

 Они подошли к двери в спальню. Фрэнг глянул на хозяина и, дождавшись кивка, поднял засов и пинком распахнул дверь. Удивленные Грэмы ринулись вперед, и их немедленно окружили.

 — Бей! — крикнул лэрд, и началась бойня.

 Все было кончено очень быстро, поскольку Грэмы сражались за свою жизнь, а Дугласы — за Гленгорм и своих женщин, детей и дома.

 В последнюю минуту одному Грэму удалось ускользнуть. Дэруину позволили сбежать. Он расскажет всем, как опасно нападать на Дугласов.

 Дэруин успел сбежать вниз и оказался на берегу. Найдя свою лошадь, он прыгнул в седло и направил ее в озеро. А когда переплыл на другой берег, увидел ожидавшую его Бетию.

 — Что случилось? — взвизгнула она. — Трое твоих людей переправили через озеро коров и удрали! Где женщины, которых ты хотел? И где твои люди, братец?

 — На Гленгорме точно лежит благодать Божья, — покачал головой Дэруин. — Не успели мы вломиться в дом, как вернулся лэрд. Убиты все, кроме меня.

 — Сбежал?! Прости тебя Господь за трусость, Дэруин! — прошипела Бетия и с отвращением плюнула в брата.

 — Мне еще не время умереть, сестра! И я не умру, пока не прикончу тебя!

 С этими словами Дэруин прыгнул вперед, вонзил короткий кинжал в сердце Бетии, повернул лезвие в ране и с довольным видом смотрел, как тускнеют ее глаза. Выдернув кинжал, Дэруин вытер его о юбки сестры и тут заметил притороченную к поясу глиняную фляжку. Сорвав ее, он выдернул пробку, поднес флягу к губам и осушил. И почти мгновенно рухнул на землю.

 — Иисусе, — простонал он, — меня отравили…

 Это были его последние слова.

 

 Дэруина нашли несколько часов спустя на дальнем берегу озера. Глядя на брата и сестру, Фрэнг тихо воскликнул:

 — Иисусе! Совсем забыл, что Бетия была из Грэмов! Муж так давно похитил ее в набеге, что я ничего не помню! Этот человек, должно быть, ее родственник.

 — Она опоила стражников на берегу, что позволило ее родственничкам напасть на деревню и дом, — заметил лэрд. — Похороните их!

 Махнув рукой своим людям, Кир переплыл на коне озеро и стал подниматься на холм, чтобы наконец поздороваться с женой.

 Сисели встретила его в зале.

 — Добро пожаловать домой, муженек! Ваше прибытие было весьма своевременным, если не сказать больше! Я едва удерживала Маб, готовую умереть в бою. Она вооружилась скалкой и рвалась защитить Дугласов!

 Кир молча схватил жену в объятия и приник к губам в исступленном поцелуе.

 — Я мог потерять тебя, Сисели. Мог тебя потерять… — пробормотал Кир, подняв голову.

 Сисели обняла мужа, глядя в его лицо и улыбаясь.

 — Значит, ты вправду любишь меня?

 — Да. Я вправду люблю тебя. Ты моя жизнь, моя сила. Причина, по которой мое сердце продолжает биться! — признался Кир.

 — И ты моя жизнь и сила, — выдохнула Сисели. — Я тоже люблю тебя и всегда буду любить. Но, Кир Дуглас, поклянись, что больше никогда не пойдешь воевать! Ты выполнил долг перед королем, и теперь пора выполнить долг перед Гленгормом. Перед Джоанной, Йеном и ребенком, которого я ношу! Перед нашими людьми. Я хочу, чтобы муж всегда оставался дома рядом со мной. Короли приходят и уходят, а наследие, которое мы мечтаем оставить потомкам, должно быть незыблемым и неисчерпаемым, дорогой.

 Кир наклонился. И снова поцеловал ее, на этот раз нежно.

 — Да, ты права. Мы должны оставить потомкам наследство, по крайней мере, пока на троне сидят Стюарты!

 Рядом неожиданно прозвенел голосок Джоанны:

 — Па дома! Йен! Смотри! Па дома!

 Кир нагнулся, подхватил сразу Джоанну и Йена одной рукой, а другой обнял Сисели. Глаза его повлажнели.

 — Да, малыши, ваш па дома, — прошептал он.

 — И больше никуда не уедет! — подхватила Сисели.

 И муж с женой, глядя в глаза друг другу, рассмеялись.

 

 Джоанна Бофор родила мужу шесть дочерей: Маргарет, Изабеллу, Джоанну, Элинор, Мэри и Аннабеллу. И только в 1430 году Шотландия, наконец, получила наследника. Королева произвела на свет близнецов Александра и Джеймса (Якова). Александр не пережил зимы. Джеймс, названный в честь отца, взошел на трон в шесть лет, когда его отца убили двадцатого февраля 1437 года.

 Яков I был любим народом. То, что его жена была англичанка, а также тот факт, что король Англии был чрезвычайно молод, помогли сохранить мир между обеими странами и позволили Якову сосредоточиться на усовершенствовании системы правосудия в Шотландии, восстановить торговые связи и стабильность в стране.

 К несчастью, Яков не смог подавить амбиции и алчность своих лордов. Они привыкли к столетиям правления слабых королей, которыми можно было манипулировать, которых можно было купить. Но Яков оказался другим. Его дед Роберт II, овдовев, женился на Юфимии Росс, родившей ему четверых детей, кроме тех девяти, которые у Роберта уже были.

 Члены этой ветви семьи, включая бывших приверженцев покойного герцога Олбани, затеяли заговор с целью убить Якова Стюарта и заменить его на троне Уолтером Стюартом, графом Атоллом, советником короля, младшим сыном Роберта II и Юфимии Росс. В ту холодную зимнюю ночь король вместе с семьей ночевал в доминиканском монастыре в Перте. Ворвавшиеся убийцы расправились с ним. Королева и несколько придворных дам были ранены, пытаясь защитить короля и дать ему время сбежать. Но Якова закололи кинжалом. Пока убивали мужа, королеве удалось благополучно ускользнуть и послать гонца в Эдинбург с просьбой защитить сына от других заговорщиков, считавших короля деспотом.

 Джоанна Бофор, дочь одного из членов королевской семьи, праправнучка Эдуарда III, короля Англии, внучка Джона Гонта, избежав смерти, уберегла сына, Якова II, и точно знала, что делать.

 Тело истерзанного мужа было выставлено напоказ. Джоанна скорбела по любимому супругу и одновременно создавала собственную коалицию.

 Сторонников королевы становилось все больше. Папский нунций, епископ Антоний Алтани Урбинский, во время убийства находился в Перте. Он объявил убитого короля мучеником и велел похоронить в им же основанном картезианском монастыре за стенами Перта.

 Пробудив в людях чувство справедливого возмущения, королева и ее союзники перешли к действиям. Убийцы помазанника Божия были выслежены, арестованы и брошены в тюрьму. Королева лично руководила трехдневными пытками, в завершение которых заговорщики были подвергнуты медленной и мучительной смерти. Граф Атолл, дядя короля, посмевший участвовать в заговоре, был коронован раскаленной железной короной, на которой было выгравировано «Король изменников».

 В 1439 году вдовствующая королева снова вышла замуж. Ее вторым мужем стал сэр Джеймс Стюарт, известный как Черный рыцарь Лорна. Она родила ему трех сыновей: Джона, получившего титул графа Атолла, Джеймса, графа Бьюкена, и Эндрю, ставшего епископом Морейским.

 Умерла она в 1445 году и была похоронена рядом со своей первой и великой любовью Яковом I.

Вверх