Новая любовь Розамунды

Новая любовь Розамунды

Настоящая леди распоряжается своей жизнью сама! Так полагает прекрасная Розамунда, вступившая в права наследования, разогнавшая всех поклонников — и решившая отправиться в Шотландию ко двору Маргариты Тюдор, подруги своей юности… И оказалось, что там ее подстерегает новая любовь! Любовь мужественного Патрика Лесли, первого графа Гленкирка, увидевшего в Розамунде не наследницу огромного состояния, но — женщину в расцвете красоты…

Глава 3

 Логан Хепберн явился ко двору в последний день уходящего года. Он намеревался прибыть на день раньше, но его задержала непогода.

 — Я приехал жениться на своей девушке! — заявил Логан своему кузену графу Босуэллу.

 — Почему ты так прикипел сердцем к этой английской вертихвостке, Логан? — Патрик Хепберн не скрывал своей тревоги и недовольства. — Неужели мало в Шотландии других красоток? Пойми, эта женщина не для тебя!

 — Ты ее видел? — восторженно блеснув глазами, спросил Логан.

 — Да, я ее видел и готов признать, что леди Фрайарсгейт хороша собой и обаятельна, но, увы, она не для тебя, — решительным тоном заявил граф Босуэлл.

 От волнения Логан заерзал в скрипучем кресле, слишком тесном для его огромной фигуры.

 — И с чего же это ты взял, кузен, что Розамунда Болтон не для меня? — В его голосе послышались угрожающие ноты.

 Патрик Хепберн вздохнул. Он чувствовал себя не очень уютно под сердитым взглядом кузена. Ну и упрям же этот влюбленный олух, вбивший себе в голову, что должен непременно жениться на строптивой англичанке по имени Розамунда Болтон.

 — Тебе никогда не приходило в голову, Логан, что она может вообще не хотеть замуж — ни за тебя, ни за любого другого мужчину?

 — Но я люблю ее! — воскликнул лорд Клевенз-Карн.

 — Для того чтобы жениться, недостаточно просто любить женщину, Логан, — назидательным тоном проговорил Патрик, но тут Логан перебил его:

 — Что случилось?

 Граф понял, что деваться некуда — придется сказать кузену всю правду. И чем скорее, тем лучше.

 — Леди завела себе любовника. Это граф Гленкирк, и их чувства взаимны и настолько глубоки, что они даже не пытаются их скрывать. Так что о свадьбе можешь и не мечтать.

 — Я прикончу графа Гленкирка! — вскипел Логан и вскочил на ноги. — Я предупреждал Розамунду, что уничтожу любого мужчину, который посмеет увести ее у меня! Где она? Где он?

 — Сядь, Логан! — осадил кузена Патрик. — Граф Гленкирк — близкий друг нашего короля. Он вдовец, у него взрослый сын и внуки. Он не показывался при дворе без малого двадцать лет, но в это Рождество король вспомнил о нем и послал приглашение. И он явился в Стерлинг. Им с Розамундой Болтон достаточно было взглянуть друг на друга один раз, и хотя я не пытаюсь делать вид, что понимаю или одобряю это, но они стали любовниками в ту же ночь. Во всяком случае, так мне доложили. Их связывает редчайшее чувство в этом мире: настоящая любовь. Ты ничего не можешь с этим поделать, Логан.

 — Она же знала, что я собираюсь на ней жениться! — с растерянным видом произнес Логан и плюхнулся обратно в кресло. «Почему Розамунда не желает понять такую простую вещь?» — недоуменно подумал он.

 — Она говорила, что выйдет за тебя, Логан? Была ли между вами договоренность, оглашенная публично? — осторожно спросил Патрик. — Если да, то ты мог бы по крайней мере потребовать возмещения морального ущерба!

 — Я сказал ей, что приеду в День святого Стефана и мы поженимся, — медленно проговорил Логан.

 — А что она сказала в ответ? — спросил Патрик и весь напрягся в ожидании ответа.

 Логан Хепберн замолчал, силясь вспомнить недавний разговор с Розамундой. В тот день он с людьми из своего клана помог ей поймать воров, угнавших из ее стада несколько овец, и сказал ей, что, хотя его называют Логаном, в честь родни по матери, его крестили Стефаном, в честь христианского святого, вот он и явится за ней в День святого Стефана, 26 декабря, и они сыграют свадьбу. Розамунда в ответ гордо выпрямись в седле и, посмотрев Логану прямо в глаза, твердым голосом произнесла: «Я за тебя не выйду».

 Но она, конечно же, не могла сказать это всерьез! Она не посмела бы сказать это всерьез. Она просто кокетничала и строила из себя недотрогу, как это принято у женщин в такой ситуации.

 — Что она ответила? — вновь повторил свой вопрос Патрик.

 — Она ответила «нет», — ответил ему Логан и тут же поспешно добавил: — Но она наверняка шутила.

 — Судя по всему, нет, — язвительно возразил граф. — Я видел ее, когда она только появилась в Стерлинге. Розамунда Болтон не производит впечатления легкомысленной особы, которая сама не знает, чего хочет, и не в состоянии отвечать за свои слова. А ее чувства к Патрику Лесли поразительно чисты, точно так же, как и его чувства к ней. Ты сам все поймешь, когда увидишь их вместе.

 — Ты сказал, что он старше ее? — спросил Логан. — Да.

 — Два первых мужа Розамунды были старше ее, причем от второго у нее были дети, и все девочки. Не кажется ли тебе, кузен, что она просто боится иметь дело с молодыми мужчинами, у которых горячая кровь? И не поэтому ли она увлеклась этим седобородым старцем графом Гленкирком.

 Патрик Хепберн от души рассмеялся.

 — Это только твои домыслы, Логан! Хотя граф Гленкирк и прожил полвека, его никак не назовешь седобородым старцем! Он хорош собой, и кровь у него не холоднее твоей! Да-да, он мужчина в расцвете сил, и его любовь к Розамунде Болтон не вызывает сомнений. Я дал бы голову на отсечение, что тут не обошлось без колдовства, но я не верю в такие вещи!

 — Так просто я от Розамунды не откажусь! — запальчиво произнес лорд Клевенз-Карн. — Я люблю ее!

 — У тебя нет выбора, Логан! У тебя просто нет выбора! — подвел черту граф Босуэлл. — Между прочим, твои братья не дают мне покоя, умоляя найти тебе жену. Я как мог отнекивался, уважая твои чувства к Розамунде Болтон. Но, как глава этой ветви нашего клана, я больше не могу рисковать судьбой Клевенз-Карна и намерен подыскать тебе достойную невесту, Логан. Ты женишься на ней и родишь наследников, потому что так нужно твоей семье. И выкинь из головы эту англичанку!

 — Она застряла у меня не в голове, Патрик! Она сидит занозой у меня в сердце! — угрюмо произнес в ответ Логан. — У моих братьев есть сыновья. Пусть один из них займет когда-нибудь мое место хозяина Клевенз-Карна. А я не возьму в жены никого, кроме Розамунды Болтон, — решительным тоном добавил он. — Так где мне ее найти?

 — Я не могу позволить тебе по-прежнему сходить с ума из-за этой женщины, — в раздражении заявил граф Босуэлл. — Если я приведу ее к тебе и она скажет, что не желает выходить за тебя, Логан, ты перестанешь дурить?

 — Приведи ее ко мне.

 — Что еще ты удумал? — пристально посмотрел кузену в лицо граф.

 — Приведи Розамунду ко мне, — повторил Логан. — Ты даже можешь остаться с нами, чтобы убедиться, что я не устрою никакой каверзы.

 — Очень хорошо, — согласился Патрик Хепберн. — Значит, завтра после мессы. А до тех пор ты будешь сидеть в моих апартаментах, Логан. Полагаю, так будет лучше для всех нас. Ты согласен?

 — Я готов ждать здесь, кузен, — послышалось в ответ. Граф Босуэлл отправил одно сообщение королю о том, что его кузен прибыл в Стерлинг, а другое — Розамунде с той же новостью и вежливой просьбой повидаться с лордом Клевенз-Карном в его апартаментах утром после мессы. Вскоре вернулся паж с ответом от короля и леди Фрайарсгейт. Розамунда сообщила, что готова встретиться с графом, но не после мессы, так как королева пригласила ее на прогулку верхом, а перед обедом.

 — Передай леди Фрайарсгейт, что нас устраивает это время, — приказал граф пажу.

 — Слушаюсь, милорд, — ответил мальчик и, почтительно поклонившись, вышел.

 — Королева, будучи в положении, не боится ездить верхом? — удивился Логан.

 — Едут верхом ее фрейлины, а она путешествует в коляске, — пояснил Патрик.

 На следующий день Розамунда появилась в апартаментах графа Босуэлла в сопровождении своего кузена, лорда Кембриджа. Она была одета в роскошное платье из темно-зеленого бархата с оторочкой из бобрового меха и золотой вышивкой по корсажу. Маленький капор, сдвинутый как можно дальше на затылок, позволял увидеть роскошные золотисто-каштановые волосы. Граф ухмыльнулся, отметив про себя, что у этой красотки вид пресыщенной любовными утехами женщины. Да, Логан прозевал свое счастье и теперь вернуть Розамунду себе ему вряд ли удастся. В какой-то момент графу даже стало жаль своего незадачливого кузена.

 — Вы желали видеть меня, лорд Босуэлл, — произнесла Розамунда.

 — Скорее мой кузен, Логан Хепберн, хотел вас видеть, мадам, — ответил граф.

 Розамунда слегка побледнела, но голосом своего волнения не выдала.

 — Он здесь?

 — Он ждет вас в соседней комнате, — ответил граф, указав на дверь.

 — Он все знает, потому что вы наверняка все рассказали? — вполголоса спросила Розамунда.

 Босуэлл молча кивнул.

 — И он разозлился? — то ли спросила, то ли утверждала Розамунда.

 — А вы ожидали иной реакции, мадам? — вопросом на вопрос ответил Патрик.

 — Я никогда не давала согласия выйти за него, милорд, и хочу, чтобы вы это знали, потому что я не из тех женщин, что могут дать слово, а потом забрать его назад. Мой кузен подтвердит то, что я говорю правду.

 — Леди Фрайарсгейт ответила вашему кузену отказом, хотя я не могу взять в толк почему, — вступил в разговор Том. — Парень он вполне ладный — как принято говорить у шотландцев. И, похоже, сильно влюблен в мою кузину.

 — У нас, Хепбернов, не принято легко мириться с поражением, будь это осада замка или осада женского сердца, милорд, — проговорил граф Босуэлл. — И я здесь не более чем посредник. Леди Фрайарсгейт и мой кузен Логан должны сами все решить. Позвольте угостить вас виски, пока ваша кузина и мой кузен будут обсуждать свои проблемы?

 — С удовольствием, — ответил Том и, коснувшись плеча Розамунды, добавил: — Ступай, милая девочка, и поскорее кончай с этим неприятным делом, чтобы и ты, и лорд Клевенз-Карн могли без помех идти дальше по жизни!

 — Почему он просто не принял мой отказ? — слегка сдвинув брови, проговорила вполголоса Розамунда и, тяжело вздохнув, посмотрела на графа. — Вы уже нашли для Логана невесту? Его братья настаивают на том, чтобы он женился как можно скорее.

 — У меня на примете есть одна или две подходящие особы, мадам, но мой кузен — большой упрямец. Вам придется постараться, чтобы он действительно поверил, что вы не хотите за него замуж.

 — Я сделаю все, что в моих силах, милорд, потому что, Господь свидетель, я так сильно люблю графа Гленкирка, что даже час разлуки с ним кажется мне вечностью.

 — Так идите, мадам, и постарайтесь убедить в этом моего кузена, — ответил граф и жестом пригласил Розамунду пройти в соседнюю комнату.

 Войдя в нее, Розамунда плотно прикрыла за собой дверь и негромко произнесла:

 — Доброе утро, Логан. Ты поверишь, если я скажу, что не желаю за тебя выходить?

 — Нет, не поверю! — резко сказал Логан. — Что на тебя нашло, милая? Я состоятельный человек и предлагаю тебе честь по чести стать моей женой и носить мое почтенное имя. Ты будешь матерью моих детей и наследников Клевенз-Карна, Розамунда! Я и в мыслях не имел отнять у тебя Фрайарсгейт — если это тебя так пугает! Его наследница — Филиппа. И я уже говорил тебе об этом.

 Логан не сводил глаз с лица Розамунды в надежде увидеть в его выражении хотя бы какое-то подобие любви. Розамунда тяжело вздохнула:

 — Ты так ничего и не понял, Логан, и, боюсь, никогда меня не поймешь.

 — Что я должен понять? — угрюмо спросил Логан. — Что здесь вообще может быть неясного?

 — Меня, — ответила Розамунда. — Ты не понимаешь ни меня, Логан, ни моих чувств. Подумай сам: я овдовела в третий раз, а мне всего двадцать три года! Я не хочу снова замуж! По крайней мере сейчас. И если когда-то мне все-таки захочется этого — выбирать себе мужа буду я сама, а не мой дядя Генри и не Маргарита Тюдор. Никто не будет решать за меня! Я всегда честно исполняла свой долг. Делала все, что положено делать леди Фрайарсгейт. А теперь я буду делать то, что захочу.

 — И служить подстилкой для какого-то престарелого горца? Если это так, Розамунда, я всерьез начинаю задумываться над тем, в своем ли ты уме! — язвительно заметил Логан, чувствуя, как ревность охватывает его.

 — Патрику Лесли действительно уже немало лет, — тихо промолвила Розамунда, — но его никак нельзя назвать старым. К тому же гораздо важнее для меня не его годы, а то, что он меня любит. За все время ты, например, ни разу не сказал, что любишь меня по-настоящему, а только твердил про то, как когда-то повстречал меня в Драмфи и тут же решил, что я буду тебе женой, потому что я такая красивая девочка. Ты собирался оказать мне честь, сделав своей женой, а еще хотел иметь от меня детей. Но ни разу не сказал, что любишь меня, что тебя тянет ко мне. Я знаю, что ты меня только хочешь. Ну а Патрик… он любит меня, а я — его. Мы оба поняли это в первое мгновение нашей встречи и с тех пор уже больше не расстаемся.

 — Конечно, я люблю тебя по-настоящему! — выкрикнул в гневе Логан. — Неужели ты этого не знала?

 — Откуда? Ты прожужжал мне все уши о том, что хочешь иметь наследников, и при этом не сказал ни слова о любви, — с достоинством ответила Розамунда.

 — А ты, можно подумать, ни о чем и не догадывалась? — все больше сердился Логан. — Между нами существует нечто большее, чем просто добрые соседские отношения!

 — Между нами ничего нет, — чеканным голосом произнесла Розамунда. — И как могло быть иначе? Я почти не знаю тебя, Логан Хепберн. А то, что я знаю, не очень-то мне нравится. Ты слишком нагло себя ведешь, сударь мой, и воображаешь о себе невесть что! У тебя хватило совести явиться в мой дом в день нашей свадьбы с Оуэном Мередитом! А потом, не успела я оплакать этого достойного человека, ты снова оказался тут как тут и сообщил, что я выхожу за тебя замуж, чтобы рожать тебе детей. При этом ты не спросил даже моего согласия, а просто известил о своих намерениях. Ну а меня они не устраивают! Я свободная женщина, хозяйка на своей земле, и я трижды выходила замуж в угоду другим людям. А теперь я буду поступать в угоду себе и Патрику Лесли! А не другим! Найди себе жену, Логан! Неужели во всей Шотландии нет женщины, способной удовлетворить твои запросы? Твой долг как лорда Клевенз-Карна — зачать наследников и положить начало новому поколению, которое будет править вашими землями после тебя и твоих братьев. Ты достойный человек и заслуживаешь доброй и любящей жены. А я люблю Патрика Лесли.

 — Стало быть, в графини собралась? — с издевкой в голосе спросил Логан.

 — Я не добиваюсь брака с графом Гленкирком. Он не собирается оставлять Гленкирк, а я — свой Фрайарсгейт. Но ты потрудись понять, что граф возьмет меня в жены, только если я того захочу. А я замуж не хочу. Все, чего я хочу, — немного женского счастья. Я нашла это счастье в любви графа Гленкирка. Твой долг хозяина Клевенз-Карна — как можно скорее жениться. Я свой долг исполнила, а ты свой — нет.

 — У моих братьев есть законные наследники, — упрямо возразил Логан.

 — Но ты прямой наследник владельцев Клевенз-Карна, — резонно заметила Розамунда. — И не их, а твои сыновья должны унаследовать родовой замок. Ты чертовски упрям, Логан, и ведешь себя как голодный мальчишка, которому досталась тарелка каши, а он хотел мяса. Ешь свою овсянку, Логан. Ешь и будь доволен!

 — Я не смогу быть довольным без тебя, — не сдавался Логан.

 — Значит, не видать тебе счастья как своих ушей. К тому же меня никто не обязывал делать тебя счастливым. Каждый из нас должен искать свой путь к счастью. Я свой нашла. А ты потрудись найти свой, Логан Хепберн. А теперь позволь с тобой попрощаться, — заключила Розамунда и повернулась к двери.

 — Он не может любить тебя так, как я! — в отчаянии воскликнул Логан.

 Розамунда обернулась и, счастливо блеснув глазами, произнесла:

 — Ты понятия не имеешь о том, как граф меня любит, но для меня этого более чем довольно.

 — Надеюсь, тебе однажды представится случай сравнить. Хотел бы я услышать, что ты скажешь тогда.

 Розамунда хотела сказать в ответ что-нибудь язвительное, но передумала и громко рассмеялась:

 — Неужели ты до самой смерти будешь так гордиться своими несравненными достоинствами, Логан?

 — Молодой мужчина любит женщину совсем не так, как старый! Твой муж был старше тебя, и твой любовник тоже. Мне кажется, ты просто боишься молодых мужчин, — шипя от злости, выпалил Логан.

 — Я не боюсь мужчин, Логан Хепберн, а уж тебя и подавно! — спокойным и твердым голосом произнесла Розамунда, затем сделала глубокий реверанс и вышла из комнаты.

 — Ты сразила его наповал, кузина? — весело поинтересовался Том, когда Розамунда снова появилась в гостиной графа Босуэлла.

 — Лорд Клевенз-Карн цел и невредим, если не считать его гордости, — с улыбкой отвечала Розамунда.

 — И вы убедили его, что не выйдете за него замуж? — сгорая от любопытства, спросил граф.

 — Он остается для меня загадкой, милорд. Я была с ним более чем откровенна, однако мне кажется, что он все еще лелеет надежду сделать меня своей женой. Мой вам совет: найдите симпатичную воспитанную девицу и жените вашего кузена как можно скорее. Если он не откажется от своей навязчивой идеи жениться только на мне, то все кончится тем, что в один прекрасный день Клевенз-Карн унаследуют сыновья его братьев. Впрочем, это ваше семейное дело. А я благодарю вас, милорд, за посредничество в этом неприятном деле. Мы идем, Том? — обратилась Розамунда к кузену и направилась к выходу. Лорд Кембридж, будучи уже изрядно пьян, едва сумел встать с кресла.

 — Благодарю вас за угощение, милорд, — проговорил он заплетающимся языком и неловко двинулся следом за кузиной.

 Как только гости удалились, Логан вошел в гостиную и с видом обиженного ребенка плюхнулся в кресло, в котором до этого сидел Томас Болтон.

 — Ну, теперь ты поверил, что леди Фрайарсгейт для тебя потеряна? — спросил кузена граф Босуэлл.

 — Она все время твердит, что не выйдет за меня, — раздраженно ответил Логан. — Но я уверен, что скоро ей прискучит этот любовник и граф Гленкирк уберется восвояси к себе в горы.

 — Где твоя гордость, кузен? — сердито спросил граф Босуэлл.

 — Я люблю Розамунду, но никогда не пытался доказать ей свою любовь, никогда не пытался ее убедить. А оказывается, женщинам надо постоянно слышать, что их любят, тогда они верят. И какой же я был прежде дурак!

 — Розамунда сказала, что любит тебя, Логан? — продолжал свои расспросы граф Босуэлл.

 — Нет, но когда она порвет с графом Гленкирком, то непременно вернется во Фрайарсгейт. И уж тогда я буду ухаживать за ней по всем правилам, Патрик, и она меня полюбит. Я это знаю!

 — У тебя не осталось времени, кузен, — заметил граф. — Тебе давно уже за тридцать, а ты так и не имеешь законного наследника! Я нашел для тебя невесту, и вы поженитесь, прежде чем ты покинешь Стерлинг. Она твоя дальняя кузина по материнской линии. Ее зовут Джинни Логан. Ей недавно исполнилось шестнадцать лет. Она единственная дочь в семье, и ее мать родила еще пятерых сыновей. Это хорошая партия для тебя. Девушка получает приличное приданое в золотой монете, не считая одежды, столового серебра и прочего. Король уже дал свое согласие на ваш брак.

 — Ты обратился к королю без моего ведома?! — возмущенно воскликнул Логан. — Ты не имеешь права, Патрик! Я даже и не посмотрю на эту девчонку! Нет! Тысячу раз нет!

 — Я имею полное право, кузен, поскольку являюсь главой клана. К тому же я подписал сегодня брачный контракт. Розамунда Болтон не захотела выходить за тебя, и больше тебя ничто не связывает, Логан. Ты должен жениться ради благополучия Клевенз-Карна. Джинни Логан — хорошая девушка. И к тому же очень симпатичная. Из нее выйдет превосходная жена и чудесная мать для твоих будущих сыновей.

 — Я не хочу терять Розамунду! — в отчаянии проговорил Логан и закрыл лицо ладонями.

 — Ты уже потерял ее, кузен. Женись на малютке Джинни Логан, и через год у тебя уже будет сын, если ты добросовестно исполнишь свой супружеский долг. А я знаю, что ты это сделаешь, — наставлял граф Босуэлл своего молодого родственника.

 — Но я не смогу полюбить эту девушку! — снова воскликнул Логан.

 — Ты привыкнешь к ней, а потом и полюбишь. Но даже если этого не произойдет, твоя жизнь будет немногим отличаться от жизни большинства мужчин. Мы женимся ради наследников. Постарайся не обижать эту малютку, будь с нею терпелив и добр, и все пойдет как по маслу, — проговорил граф Босуэлл и по-отечески потрепал Логана по плечу.

 — Позволь мне сначала взглянуть на Розамунду и графа Гленкирка. Я должен увидеть это своими глазами, прежде чем женюсь на другой, Патрик!

 — Хорошо, сегодня вечером. Король с королевой устраивают маскарад и приглашают всех желающих. Розамунда Болтон и Патрик Лесли тоже будут там. Ты сможешь все увидеть собственными глазами. Эти двое любят друг друга.

 — Вот я и погляжу на них сам, — буркнул Логан.

 — А когда ты убедишься, то позволишь мне назначить день свадьбы, — подхватил граф Босуэлл.

 Лорд Клевенз-Карн, помолчав, тяжело вздохнул и сказал:

 — Да, я не буду возражать, Патрик.

 — Отлично! — с довольным видом воскликнул граф. — Твоя семья наконец-то успокоится и перестанет надоедать мне просьбами. Ты еще поблагодаришь меня за хороший выбор, Логан. Девушка кроткая как овечка и совершенно невинна.

 — Отец уже решил, что отдаст ее в монастырь, когда я попросил ее руки для тебя. Она воспитана в монастыре, обучена хорошим манерам и тому, как содержать дом. Она будет послушной женой и воспитает набожными твоих сыновей. Тебе повезло с невестой.

 Логан стал мрачнее тучи. Набожная девственница. Разве может мужчина требовать большего от своей невесты? Он снова вздохнул.

 — На нее хоть не страшно смотреть, Патрик? — спросил он упавшим голосом.

 Граф усмехнулся, считая этот вопрос добрым знаком.

 — Да, она вполне хорошенькая. У нее такие же живые синие глаза, как у тебя. Волосы цвета меда из нектара полевых цветов. Кожа здоровая и гладкая, и все зубы на месте. Она хорошо сложена, хотя грудь пока маловата. Но ведь она еще совсем девочка, а при должном уходе наверняка поправится. Вот увидишь, твоим сыновьям молока хватит с избытком.

 — И где же ты собирался познакомить меня с этой набожной девственницей, дорогой кузен? — поинтересовался Логан.

 — Я сегодня же вас познакомлю. Ради ее безопасности королева включила девицу в свою свиту, хотя я ума не приложу, какую безопасность это может гарантировать. Давай устроим свадьбу на Крещение. Когда я получу доказательства того, что она стала твоей, можешь увезти ее домой.

 — Значит, ты все равно мне не доверяешь! — с грустной улыбкой заметил Логан.

 — Это одно из условий отца девушки: брак следует совершить немедленно. Роберт Логан — человек старой закваски, кузен. Он из тех, кто еще вывешивает на воротах окровавленную простыню после первой брачной ночи. Он заботится о благополучии Джинни. Она его заслужила. Ты ведь не будешь возражать, поскольку у тебя в отношении нее самые честные намерения, приятель?

 — Если я решусь на брак с ней — то да, мои намерения будут честными, — согласился Логан.

 — Ну, значит, через пару часов ты своими глазами увидишь вместе Розамунду Болтон и Патрика Лесли, затем познакомишься с Джинни. Поверь, ты не пожалеешь о том, что женился на этой девушке. Скажу, что сегодня ты принял верное решение.

 — Это ты вынудил меня, Патрик. Я бы никогда не сделал ничего подобного по своей воле, — тихо промолвил Логан.

 — Ты не можешь до скончания века дожидаться, пока несравненная леди Фрайарсгейт решит, что хочет стать твоей женой. Она дала тебе ясно понять, что ты ей не нужен! — раздраженно заметил граф Босуэлл.

 — Нет, она дала ясно понять, что я вел себя как самовлюбленный болван и что мне придется дорого за это заплатить, — задумчиво произнес Логан.

 — Прими то, что тебе посылает судьба, — посоветовал граф, — и постарайся употребить это с наибольшей пользой. Иначе вечно будешь недоволен жизнью.

 Логан горько рассмеялся в ответ и добавил:

 — Только что Розамунда посоветовала мне сделать то же самое, и почти в таких же выражениях!

 — Я все больше уважаю эту леди, кузен, — заметил Босуэлл. — Она мудра не по годам. И если ты не хочешь прислушаться ко мне — прислушайся хотя бы к ней.

 — У меня нет выбора, — согласно кивнул Логан. — Да ты не бойся, Патрик. Я не обижу эту твою малютку. Если уж я возьму ее в жены, то буду относиться с уважением, как и положено. Это же не ее вина, что я такой болван и что леди Фрайарсгейт меня не любит!

 — Ну и отлично, — с облегчением произнес граф. Мужчины проговорили еще какое-то время. Граф Босуэлл продолжал расхваливать достоинства будущей невесты лорда Клевенз-Карна. Он не сомневался, что нашел своему кузену прекрасную партию.

 Когда наступил вечер, граф Босуэлл и Логан Хепберн в числе прочих придворных вошли в тронный зал королевского дворца, где проходил маскарад. На галерее разместилась целая толпа музыкантов, и над залом, заполненным пестрой толпой, лились одна за другой веселые мелодии. Между гостями сновали лакеи и служанки с подносами, на которых стояли блюда с закусками и кувшины с элем и вином. Зал был украшен гирляндами из остролиста и сосновых веток.

 Повсюду горели восковые свечи. В каминах жарко полыхали толстые поленья.

 Сев за накрытый для гостей стол, граф Босуэлл огляделся вокруг и, слегка наклонившись к сидящему рядом кузену, произнес:

 — Вон там, за следующим столом.

 Логан обернулся и увидел Розамунду в обществе графа Гленкирка. Они были буквально поглощены друг другом и, казалось, никого вокруг не замечали. В эти минуты Розамунда показалась Логану еще прекраснее. Ее лицо светилось от любви к мужчине, сидевшему рядом. И он смотрел на нее таким же влюбленным взглядом.

 — Черт побери… — в сердцах ругнулся Логан и, повернувшись к кузену, угрюмо добавил: — Можешь назначать день свадьбы с Джинни Логан.

 Граф с готовностью кивнул и тихо произнес:

 — Тогда, дружище, взгляни на самый конец нашего стола. Видишь там девушку в голубом платье? Это и есть Джинни Логан. Что скажешь?

 Логан бросил в ту сторону, куда указал граф, короткий взгляд. Джинни показалась ему довольно привлекательной, особенно когда робко улыбнулась в ответ на какую-то шутку своего соседа по столу.

 — У нее уже есть ухажер, — заметил он, — но она довольно симпатичная. Скажи мне, Патрик, а ее юное сердечко не привязано к кому-то другому? Я не хочу отнимать ее у кого-то, кто ее любит.

 — С восьми лет она не выходила за стены монастыря. Она лишь на днях появилась при дворе, и королева пожелала взять ее под свое покровительство. И мне неизвестно ни об одном ее кавалере, кузен.

 — Ты знаком с ней, Патрик?

 — Да. Мы с ее отцом старинные друзья, — пояснил граф.

 — Девушка знает о твоих планах, кузен? — снова спросил Логан.

 — Я намекал ей на это, — ответил Босуэлл. — Она знает, что у меня на примете есть для нее жених и что она может с ним познакомиться при дворе.

 — А что бы ты стал делать, если бы Розамунда Болтон не полюбила другого и согласилась выйти за меня?

 — Тогда мне пришлось бы срочно искать милой Джинни другого жениха, но ведь этого не случилось. Не так ли, Логан?

 — Нет, не случилось. Девушка хороша собой, молода и прекрасно воспитана. Если я не могу жениться на Розамунде, эта девушка подойдет ничуть не хуже прочих, — резонно заметил Логан.

 — Это не такой уж плохой выход, кузен, — заметил граф.

 — Тогда познакомь меня с ней, и чем скорее, тем лучше, ведь тебе не терпится поженить нас. Пусть девушка хоть немного успеет привыкнуть к мужчине, которому будет принадлежать до конца своей жизни, — сказал Логан и решительно встал из-за стола. Граф последовал за ним.

 — Мужчины прошли в самый конец длинного стола. Патрик Хепберн остановился возле молоденькой девушки, и она, заметив его, в ту же секунду вскочила.

 — Милорд Босуэлл, — робко проговорила она и присела в почтительном реверансе. При взгляде на стоявшего рядом с графом мужчину ее сердечко забилось в ожидании важных новостей.

 — Что я слышу, моя милая Джинни? Если мне не изменяет память, в прошлый раз я был для тебя дядей Патриком, — добродушно проворчал Босуэлл. И, приподняв указательным пальцем милое девичье личико, чмокнул ее в свежие губки. — Тебе хорошо живется у ее величества?

 — О да, дядя Патрик! — смущенно отвечала Джинни.

 — Ну, милочка, тебе все равно недолго там оставаться, потому что ты выходишь замуж. Твой отец уже говорил тебе об этом, не так ли?

 — Да, — еле слышно произнесла в ответ девушка и густо покраснела.

 — Тогда позволь познакомить тебя с моим кузеном, чья матушка, упокой Господь ее безгрешную душу, была членом нашего клана. Джинни, это Логан Хепберн, лорд Клевенз-Карн. И ты выйдешь за него замуж на Крещение здесь, в Стерлинге.

 — Госпожа Джинни. — Логан склонился в почтительном поклоне над маленькой девичьей ручкой и поднес ее к губам. Коснувшись ее поцелуем, он почувствовал, как девушка вздрогнула. Она была так невинна и беззащитна, что Логану вдруг захотелось стать ее защитником и покровителем.

 — Милорд. — Джинни подняла застенчивый взгляд и посмотрела Логану в глаза открыто и прямо.

 Он улыбнулся в ответ, находя ее смущение очаровательным. Бедная девочка, она с самого начала лишена права выбора и практически не имеет представления о том, что такое семейная жизнь. И тут в одно короткое мгновение Логан вдруг осознал, что вынуждена была пережить в свое время Розамунда.

 — У нас не так уж много времени, чтобы хоть как-то узнать друг друга, госпожа Джинни, — произнес он.

 — У нас с вами впереди целая жизнь, милорд, — отвечала девушка на удивление рассудительно. — Многие девушки не успевают даже взглянуть на жениха, как уже оказываются перед алтарем.

 — И это часто становится для них шоком, — заметил Логан.

 Дженни улыбнулась и торопливо добавила:

 — Это шок для обеих сторон, милорд!

 В эту минуту Логан подумал, что девушка должна ему понравиться. Оставалось надеяться лишь на то, что и он понравится ей.

 — Я оставлю вас, чтобы вы получше познакомились, — прервал беседу молодых граф Босуэлл и поспешно удалился.

 Возникла долгая неловкая пауза. Наконец лорд Клевенз-Карн взял Джинни за руку и сказал:

 — Давайте отойдем куда-нибудь в сторонку и побеседуем, госпожа.

 — С удовольствием, — согласилась Джинни Логан и послушно последовала за лордом Клевенз-Карном. Она была такого маленького роста, что рядом с ней Логан возвышался как скала.

 — Должен сказать вам, госпожа Джинни, что предпочитаю честность и прямоту во всем, и потому считаю себя обязанным спросить: хотите ли вы выйти за меня замуж?

 — Да, — тихо, но достаточно уверенно произнесла Джинни.

 — И ваше сердце не отдано никому? — вновь спросил Логан. — Если же это не так, я не стану принуждать вас к браку.

 — Мое сердце будет принадлежать вам, милорд, и никому другому, — с чувством отвечала Джинни Логан.

 Лорд Клевенз-Карн одобрительно кивнул и продолжил:

 — У меня есть двое братьев и замок Клевенз-Карн. Он стоит на самой границе. Мы не богаты, но пользуемся определенным достатком. Мой замок невелик, но достаточно уютен, и вы будете в нем полной хозяйкой.

 — Вы не были женаты прежде, милорд? — спросила Джинни.

 — Ни разу.

 — Почему? — удивилась девушка.

 — Это долгая история, — неохотно ответил Логан.

 — Я люблю слушать истории, — тихо промолвила Джинни.

 — Сдается мне, что от вас ничего не скроешь, — невесело усмехнулся Логан и добавил: — Что ж, тем лучше. Много лет подряд я добивался руки нашей соседки-англичанки. Ее опекун постоянно отвечал мне отказом, и, после того как дважды выдал ее за других мужчин — эти браки заключались с нею еще в детском возрасте, — я решил, что пришло наконец и мое время. Но король Англии выдал ее за одного из своих рыцарей. Это был хороший союз. У них родились дети, а потом ее муж погиб в результате несчастного случая. Я снова просил ее руки, но она не пожелала выходить за меня замуж. Поскольку мне давно уже исполнилось тридцать лет, мои родные обратились к лорду Босуэллу с просьбой найти мне приличную партию. И он выполнил их просьбу.

 — Я считаю, что эта леди, о которой вы только что рассказали, совершила глупость, — задумчиво проговорила Джинни. Она вдруг остановилась и посмотрела Логану в глаза. — Я ни минуты не сомневаюсь, что буду счастлива, став вашей женой.

 Логан улыбнулся, глядя сверху вниз на Джинни. Безусловно, он всю свою жизнь будет сожалеть о Розамунде, но это не помешает ему стать хорошим мужем для этой милой девушки.

 — Тогда и я наверняка буду вами доволен, госпожа Джинни. Полагаю, мне повезло, что я встретил вас. — Логан наклонился и осторожно поцеловал девушку в губы. — Это для того, чтобы скрепить наш договор, милая.

 Джинни снова покраснела и простодушно призналась:

 — Меня еще никогда в жизни не целовал в губы мужчина!

 — Отныне только я буду целовать твои сладкие губки, Джин Логан, — проговорил тихим голосом Логан. — Сейчас я отведу тебя назад, и мы скажем лорду Босуэллу, что согласны пожениться.

 Он снова взял девушку под руку и повел не спеша сквозь толпу гостей. Разыскав Босуэлла, Логан подошел к нему и сказал:

 — Кузен, мы с госпожой Джинни обо всем договорились. Ты можешь назначить нашу свадьбу на Крещение.

 — Превосходно! — радостно воскликнул граф Босуэлл. — Теперь давайте поговорим с королем.

 Граф Босуэлл повел Логана и Джинни к трону, с высоты которого король наблюдал за гостями.

 — Ну, милорд, и что у вас за новости? Почему у вас такой довольный вид? — поинтересовался Яков Стюарт.

 — Ваше величество, кажется, вам не был представлен мой кузен, лорд Клевенз-Карн, — начал граф, почтительно поклонившись, — а это его нареченная невеста, госпожа Джин Логан. Она его дальняя родственница по материнской линии. Они просят вашего позволения сыграть свадьбу в Стерлинге в день Крещения.

 Густые темные брови Якова от удивления поползли вверх. Разве это не тот самый лорд Клевенз-Карн, который считал женитьбу на обаятельной леди Фрайарсгейт решенным делом? Король уже собрался было спросить об этом, но тут решил, что, если он не ошибся и это действительно тот человек, миловидная девица, названная его невестой, вряд ли знает о том, что ее будущий муж добивался любви Розамунды Болтон. И теперь это уже не имеет значения. Англичанка откровенно влюблена в графа Гленкирка, а лорд Клевенз-Карн собирается жениться на другой. Может быть, это и к лучшему.

 — Они получат наше позволение, — произнес после паузы король, — и пусть свадьбу сыграют в нашей часовне. Мы с ее величеством будем свидетелями этого союза. — Яков милостиво улыбнулся, отметив про себя тот факт, что от восторга у невесты заблестели глаза. — Подойди, милая, — приказал он, — вырази благодарность своему королю! — Яков подал руку для поцелуя.

 — Ох, сир! — только и смогла пролепетать Джинни, краснея до самых корней волос. — Ох, сир! — снова повторила она и припала в поцелуе к протянутой руке. — Благодарю вас, ваше величество, за эту честь! — поблагодарила она, присев в низком реверансе.

 — А вы, Логан Хепберн, довольны таким союзом? — спросил король и посмотрел на Логана таким пристальным взглядом, словно хотел заглянуть ему в самую душу.

 — Я прислушался к советам моего почтенного кузена, графа Босуэлла, и остальных родственников и решил, что мне действительно давно пора жениться, милорд. Госпожа Джинни будет для меня хорошей женой, — уклончиво ответил лорд Клевенз-Карн.

 — Да снизойдет на вас обоих благословение Господа и Пресвятой Девы Марии. Пусть они наградят вас многочисленным потомством, — сказал король и хитро улыбнулся. Похоже, любвеобильный Логан Хепберн наверняка успел убедиться, что Розамунда совершенно околдована лордом Лесли, и поддался на уговоры своих родных. Ну что ж, его невеста хороша собой и прекрасно воспитана. Не исключено, что из нее получится более подходящая для Логана Хепберна жена, чем эта красавица англичанка.

 Король жестом дал понять, что аудиенция окончена, и все трое, почтительно поклонившись, удалились.

 Яков Стюарт откинулся в кресле и вполголоса сказал жене:

 — Лорд Клевенз-Карн женится на Крещение в нашей часовне на своей кузине.

 — Кто она? — живо заинтересовалась Маргарита Тюдор.

 — Юная девица, ее зовут Джинни Логан, — тихо ответил король.

 — Я ее знаю, — кивнула королева. — Она совсем недавно попала ко мне на службу. Ее привел Босуэлл. Милая крошка.

 — На твоем месте я бы сообщил это твоей несравненной англичанке, — посоветовал король.

 — Да-да, я непременно ей скажу. Но вряд ли это заставит ее волноваться. Она слишком увлеклась лордом Лесли, — заметила Маргарита Тюдор. — Подумать только, как она успела измениться с тех пор, как жила при дворе моего отца! Тогда она была совсем юной и наивной! Теперь же она обрела самостоятельность и независимость во взглядах и упрямо не желает жить по чьей-либо указке.

 — Почему-то мне кажется, что ты тоже мало похожа на ту скромную девушку, которой была прежде, моя королева, — с лукавой усмешкой заметил король. Ему было забавно слышать, как строго осуждает его супруга поведение своей старинной приятельницы. — С тех пор как вы познакомились, прошло немало лет. И в твоей жизни, и в ее произошло множество событий.

 — Да, — согласилась королева, — Розамунда успела родить трех дочерей и потерять очередного мужа, пока я теряла одного за другим наших детей. Но этого ребенка я не потеряю! На этот раз я чувствую себя совсем по-другому! Этот ребенок намного сильнее. Он так сильно толкается у меня в животе! — Маргарита посмотрела на мужа взглядом, полным отчаяния и надежды одновременно.

 — Да, этот ребенок выживет. Я точно знаю, — поспешил заверить супругу король.

 Она взяла мужа за руку и с чувством поцеловала:

 — Спасибо, дорогой! Спасибо тебе!

 — Тише, милая, иначе весь двор начнет шептаться о том, что королева влюблена в своего мужа! — Яков осторожно высвободил руку.

 — Но я действительно тебя люблю! — воскликнула Маргарита. — Это правда!

 — Знаю, Мег, и я тоже тебя люблю. — Яков снисходительно похлопал жену по щеке и тут же отвернулся, обратившись с вопросом к одному из придворных, который упорно добивался внимания короля.

 Вечер подходил к концу. Королева кивнула своему личному пажу, и он в ту же секунду оказался рядом.

 — Найди леди Фрайарсгейт и скажи, что я хочу поговорить с нею сейчас в моем личном кабинете.

 — Слушаюсь, ваше величество, — ответил мальчик и отправился разыскивать Розамунду.

 Королева встала, и ее фрейлины тут же бросились к ней.

 — Не беспокойтесь, — отстранила их Маргарита. — Оставайтесь и веселитесь в свое удовольствие. Я пока не хочу спать и буду у себя в кабинете.

 Королева молча пересекла зал и вышла в коридор, который вел в ее апартаменты. Войдя в гостиную, она приказала находившейся там служанке:

 — Ко мне должна прийти леди Фрайарсгейт. Впустите ее, как только она явится.

 — Слушаюсь, ваше величество, — ответила девушка, присев в реверансе.

 Маргарита Тюдор удобно устроилась в кресле у огня, скинула туфли и с наслаждением пошевелила пальцами. Отворилась дверь, и на пороге появилась Розамунда.

 — Налей нам по бокалу вина, — приказала королева, — и устраивайся рядом. У меня есть для тебя кое-что интересное.

 Розамунда, налив вино в бокалы, заняла место напротив королевы и тоже скинула с ног туфли.

 — Вот так-то лучше, — сказала она и пригубила вино.

 — Ты все еще питаешь какие-то чувства к Логану Хепберну? — начала королева издалека.

 — Нет. С чего это вдруг стало тебя волновать? Я по-прежнему считаю, что он как был наглым приставалой, так им и остался. Между прочим, он сейчас здесь, в Стерлинге! Я встречалась с ним по настоянию Босуэлла и сказала, что не выйду за него и что люблю Патрика Лесли.

 — Он играет свадьбу на Крещение, — сообщила королева.

 — Кто играет свадьбу? — в недоумении спросила Розамунда.

 — Логан Хепберн! Он женится на той милой малютке Джинни Логан, что недавно находится у меня в услужении!

 — Это та тихоня с синими глазками, от которой и слова не услышишь? — спросила Розамунда. — Вот так дела! Босуэлл не стал откладывать свадьбу, хотя сдается мне, что он замышлял это с самого начала!

 — Так ты не считаешь себя оскорбленной? — спросила Маргарита. Похоже, она была разочарована услышанным.

 — Нет, не считаю. Логану Хепберну давным-давно следовало расстаться со своими глупыми мечтаниями обо мне и жениться на девушке из приличной семьи. У него нет наследника, но есть долг перед родными, и я рада, что он наконец-то сподобился внять голосу рассудка.

 — Стало быть, ты действительно влюблена в Патрика Лесли? — продолжала свои расспросы королева.

 — Я действительно в него влюблена, — твердым голосом ответила Розамунда.

 — Я чувствую себя ответственной за все, что с тобой случилось, — произнесла королева. — Если бы не мое приглашение на Рождество, ты никогда бы не повстречалась с Патриком Лесли. И Логан Хепберн мог бы силой притащить тебя к алтарю, Розамунда! Я снова спасла тебя, как спасла от своего брата много лет назад!

 — А ведь ты права! — рассмеялась Розамунда. — Если бы я не приехала на встречу с тобой именно сейчас, то никогда бы не познакомилась с Патриком Лесли. Но поверь мне, Логан Хепберн никогда бы силой не привел меня к алтарю. Если мне суждено снова выйти замуж, то я сделаю это исключительно по любви и по собственной воле, а не чьей-то указке.

 — Значит, ты не забыла советы нашей бабушки? — усмехнулась королева.

 — Я их прекрасно помню!

 — Хотела бы я знать, что бы она сказала про нас сегодняшних. Почему-то мне кажется, что она одобрила бы твой выбор, я имею в виду графа Гленкирка. Не важно, что он уже немолод. Бабушка всегда уважала женщин, умевших настоять на своем. Ты выйдешь замуж за лорда Лесли?

 — Нет, — покачала головой Розамунда. — И прежде чем ты начнешь расспрашивать меня, позволь все объяснить. У Патрика есть долг перед Гленкирком. У меня есть долг перед Фрайарсгейтом. Ни один из нас не собирается пренебрегать своим долгом. Нас устраивает такое положение вещей и те отношения, которые сложились между нами. Ты, наверное, не поймешь меня, Мег, но не пытайся вмешиваться. Обещай, что не станешь устраивать наши дела так, как кажется правильным тебе.

 Королева вздохнула:

 — Я просто хочу, чтобы ты была счастливой.

 — Я уже счастлива, — радостно блеснув глазами, заверила Розамунда.

 — Но однажды вам придется расстаться, — заметила Мег.

 — Знаю, — ответила Розамунда. — Но это только обостряет наши чувства, делает их сильнее. Никому не дано постоянно быть счастливым. И ради этих дней с графом Гленкирком я готова пожертвовать отношениями с любым другим мужчиной. Лучше я познаю упоение истинным счастьем — пусть даже оно и окажется недолгим, — чем не познаю его никогда. Со мною останутся воспоминания о том, как хорошо нам было вдвоем. И сны о прошлом, в которых мы снова вместе, на долгие годы разлуки.

 — Ты оказалась гораздо отважнее меня, Розамунда, а ведь я никогда бы о тебе так не подумала, — задумчиво проговорила королева и снова вздохнула. — Мое чувство безопасности обязательно должно быть подкреплено брачными узами. Мне требуется быть уверенной, что мой муж никуда не денется, хотя время от времени он и любит гулять на сторону. А вот ты не боишься остаться без мужчины.

 — По-моему, я была одинока всегда, даже когда была замужем, а сейчас, с Патриком, я не чувствую себя одинокой, — ответила Розамунда.

 — Но ты писала, что Оуэн тебя любит, — напомнила королева.

 — Ох, он и правда меня любил, и мне повезло с ним как с мужем! Но Оуэн с детства привык служить тем, кого считал выше себя. И он до самого конца так и не смог избавиться от легкого почтения передо мною как перед хозяйкой Фрайарсгейта. Благослови Господь его душу, он никогда не принимал решения, не посоветовавшись со мной. Ему ни разу и в голову не пришлось оспорить мой авторитет. И он любил Фрайарсгейт.

 — А разве ты не любила Оуэна? — удивилась королева. — Помнится, он казался тебе более чем приличной партией!

 — Конечно, со временем я полюбила Оуэна, и сейчас мне есть с чем сравнивать. С уверенностью могу сказать, что мои чувства к Патрику Лесли неизмеримо глубже. Моя любовь к графу Гленкирку — дар судьбы, благодать, ниспосланная мне. — Розамунда мечтательно улыбнулась. — Вот какая у нас получилась задушевная беседа. А все началось с того, что ты захотела рассказать мне о женитьбе Логана Хепберна. Я искренне желаю ему счастья.

 — А ты пожелай счастья его невесте, — хитро улыбнулась королева. — Девчонка непременно передаст ему все твои слова, и вы будете квиты за то представление, которое он закатил на вашей свадьбе с Оуэном! Я не сомневаюсь, что он все еще любит тебя, Розамунда. А женится в угоду своей семье.

 — Все, на что у него хватало ума, — это рассуждения о том, как ему нужен наследник, которого я непременно ему рожу. Я чувствовала себя племенной кобылой, приготовленной к случке! Но когда я говорила с ним в апартаментах лорда Босуэлла, он заявил, что я сама должна была догадаться, что он меня любит, хотя об этом не было сказано ни слова, — возмущенно произнесла Розамунда.

 — А вот это и вправду чисто по-мужски! — заметила королева и рассмеялась.

 — Верно, — согласилась Розамунда и поднесла ко рту кубок с вином. — Надеюсь, Логан будет доволен. Я сама так довольна жизнью, что и другим желаю того же.

 — У тебя всегда было доброе сердце! — с теплотой в голосе произнесла Маргарита. — Я рада, что мы снова вместе, Розамунда. Ты, наверное, уже соскучилась по Фрайарсгейту?

 — Не так отчаянно, как это случалось в молодости, — ответила королеве Розамунда. — Теперь я больше скучаю по моим дочкам. Когда не стало Оуэна, Екатерина Испанская настояла на том, чтобы я приехала ко двору, и я не посмела ослушаться, но это далось мне с большим трудом. Филиппа, моя старшая, уже все понимала и очень тосковала в мое отсутствие. Хотя Мейбл говорит, что она очень похожа на меня и хорошая, послушная девочка. Ну а двум моим младшим еще было невдомек, что мама уехала. Они едва узнали меня, когда я вернулась.

 — И тут подоспело мое приглашение, — добавила Маргарита Тюдор.

 — Я могла отказаться от него, но мы с тобой настолько близки, что у меня не хватило духу. К тому же путь до Эдинбурга намного короче, чем до Англии, — слегка улыбнувшись, добавила Розамунда.

 — К тому же мое приглашение стало предлогом для того, чтобы сбежать от лорда Клевенз-Карна! — заключила королева и лукаво прищурилась.

 — Да, это так, — согласно кивнула Розамунда. — Хотя священник во Фрайарсгейте его родственник, он не стал бы принуждать меня к браку, если бы я твердо сказала «нет». И все равно это было бы для меня нелегко. Зато здесь, в Стерлинге, Логану пришлось отказаться от своих намерений под воздействием графа Босуэлла. Вряд ли Патрик Хепберн был в восторге от того, что его кузен решил жениться на англичанке. Я успокоила его и сказала, что не собираюсь выходить за Логана. Я спросила, нет ли у него на примете подходящей невесты, но этот скрытный дьявол не ответил мне ничего определенного. А выходит, что он уже тогда сговорился с родными госпожи Джинни!

 — Да, Патрику не откажешь в уме, — заметила Маргарита. — Он поддерживал моего мужа еще до того, как ему достался трон. А король никогда не забывает тех, кто был ему предан. Он был всего-навсего Хепберном из Хэйлса, пока Яков не сделал его одним из самых влиятельных вельмож в нашем королевстве. Теперь он тащит за собой ко двору всех родных и близких, как и полагается в подобном случае. Мой муж сохранил с ним хорошие отношения. И если бы он попросил у Якова твоей руки для Логана Хепберна, ты никуда бы не делась — стала бы его женой как миленькая!

 — Но ведь я англичанка! — воскликнула Розамунда, не скрывая своего возмущения.

 — Это не играет никакой роли, — ответила королева. — Если бы граф Босуэлл захотел, так бы и вышло. И если бы ты не влюбилась на глазах у всех в Патрика Лесли, Розамунда, то даже здесь, в Стерлинге, не сумела бы отвертеться от брака с Логаном Хепберном. Тебя попросту вручили бы ему как рождественский подарок. — Маргарита негромко рассмеялась. — Но судьбе было угодно вмешаться и спасти тебя еще раз. Вообще-то я никогда не верила в судьбу, но если вспомнить о твоих приключениях, то волей-неволей начнешь верить!

 Розамунда заметно побледнела от волнения, но все же нашла в себе силы улыбнуться.

 — Возможно, отныне и впредь и я тоже стану верить в судьбу, Мег!

 В дверь личного кабинета королевы робко постучали.

 — Войдите! — громко произнесла она, и в комнату вошла одна из камеристок. — Джейн, что случилось? — спросила встревоженная Маргарита.

 — Молодая госпожа Логан просит позволения поговорить с вами, мадам. Она обещает, что не займет у вас много времени, — сообщила Джейн.

 Маргарита переглянулась с Розамундой и, весело блеснув глазами, приказала:

 — Скажи ей, пусть войдет.

 Через несколько мгновений в кабинете королевы появилась Джин Логан. Присев в низком реверансе, она проговорила:

 — Мадам, я пришла рассказать вам… — Тут она заметила Розамунду и осеклась, но уже через мгновение продолжила: — Что король дал свое согласие на нашу свадьбу с Логаном Хепберном, лордом Клевенз-Карном. Мы поженимся на Крещение. Я надеюсь, что получу согласие и благословение и от вашего величества. — Джинни Логан застыла перед Маргаритой Тюдор в почтительной позе, скромно потупив взор.

 — Это довольно неожиданно, не так ли, дитя мое? — спросила королева. — Расскажи мне, как все могло случиться так быстро. Надеюсь, тебя не принуждали силой принять такое решение?

 — Нет, мадам, как можно! Я более чем довольна тем, что стану женой лорда! Меня собирались отдать в монастырь, где я получила воспитание, но дядя Патрик… то есть граф Босуэлл, мадам… он искал хорошую невесту для своего родственника и попросил моей руки у моего отца. И хотя я искренне почитаю Господа, однако монашество не мое призвание. Ввиду того, что приданое у меня не такое богатое, чтобы привлечь женихов, отец и решил, что мне прямая дорога в монастырь. Когда же дядя Патрик добавил к приданому немалую сумму, отец возмутился, но дядя Патрик сумел убедить его, что как мой крестный просто обязан присмотреть за мной сейчас. Потом он рассказал отцу, какой хороший человек его кузен, и как он умеет ставить интересы семьи выше своих собственных, и что теперь ему надо жениться. Моему отцу ничего не оставалось, как дать свое согласие. Тогда дядя Патрик сказал, что по матери его кузен приходится мне родней, но настолько далекой, что это не помешает Святой церкви дать благословение на наш брак. Так оно все и вышло.

 — Так у вас уже и разрешение на брак есть, дитя мое? — удивилась королева.

 — О да! Дядя Патрик сказал, что его кузен торопится со свадьбой, и чем скорее мы поженимся, тем лучше! — призналась ничего не подозревавшая Джинни.

 — Повезло же тебе с дядей Патриком, — задумчиво проговорила королева. — Граф Босуэлл всегда славился своей добротой. Но, дитя мое, я совсем забыла вас познакомить! Это моя старинная подруга, Розамунда Болтон из Фрайарсгейта.

 — О, я знаю, кто она такая! — простодушно заявила Джинни.

 — Знаешь? — переспросила у нее Розамунда. — И кто же я такая, госпожа Логан?

 — Вы с лордом Лесли… друзья, — смутившись, пролепетала девушка.

 — Да, — признала Розамунда!

 — И к тому же вы станете соседями, — не без лукавства добавила королева. — Фрайарсгейт как раз по ту сторону границы с Англией. От него рукой подать до Клевенз-Карна. Розамунда, ты не знакома с Логаном Хепберном?

 — Совсем немного, — процедила Розамунда сквозь стиснутые зубы. — По-моему, он с братьями был среди гостей на нашей свадьбе с моим последним мужем, — сказала она, стараясь сохранить непринужденный тон. — Но, мадам, уже очень поздно. Вам в вашем положении необходимы покой и отдых. — Розамунда встала. — С вашего позволения я оставлю вас и заберу с собой госпожу Логан. Дайте же ей свое согласие и благословение… Если не ошибаюсь, именно за этим вы сюда и пришли, госпожа Логан?

 — Да, миледи, — робко ответила Джинни.

 — Ну так получите и то и другое, дитя мое! Мы с мужем непременно будем свидетелями на вашей свадьбе в праздник Крещения. А ты, Розамунда? Ты ведь тоже придешь на свадьбу с лордом Лесли? — Во взгляде Маргариты Тюдор сверкнули искорки озорства.

 — Если на то будет ваша воля, мадам, — с подчеркнутым почтением произнесла Розамунда. — Но ваша часовня такая маленькая, а госпожа Логан наверняка предпочтет видеть на своей свадьбе в первую очередь своих родных и близких.

 — Право, вы напрасно беспокоитесь, миледи! Моя семья живет далеко на севере и не приедет сюда. И что может быть лучше: отпраздновать свадьбу вместе с соседями! Пожалуйста, приходите!

 — Сделайте королеве реверанс, госпожа Логан, — посоветовала Розамунда. — Я поговорю с лордом Лесли. — Она почти вытолкала девицу из личного кабинета королевы, успев шепнуть той: — Ты еще поплатишься за это, несносное создание!

 — Благослови тебя Господь, дитя мое! — пропела вслед уходящим Маргарита и с довольной улыбкой закрыла за ними дверь.

Вверх