Тайные наслаждения

Тайные наслаждения

Нора Бакли пожертвовала ради мужа всем, посвятив ему всю свою жизнь, а этот изменник бросил ее, увлекшись молоденькой красоткой! Как быть? Кто даст ей дельный совет? Только опытные подружки. А они считают, что Нора должна снова почувствовать себя женщиной и немедленно завести ни к чему не обязывающий роман с привлекательным мужчиной. Сплошные наслаждения и никаких проблем — чем плохо? И мужчина, который появляется в жизни Норы, с удовольствием воплощает в жизнь ее тайные фантазии…

Глава 9

 

 — Не может быть! — воскликнула Хайди Миллар.

 — Может, — заверила Карла Джонсон.

 Они стояли в углу винного магазина, уставленного стеллажами с бутылками вина, привезенного с Лонг-Айленда, из северной части штата Нью-Йорк, из Калифорнии, а также из Чили, Австралии и Германии. Были здесь и французские вина: бургундское, бордо, мерло и шардонне. Короче, всякий мог здесь подобрать вино по своему вкусу.

 — Это невозможно, — твердила Хайди. — Вы, должно быть, бредите. Что за пакость курят здешние жители?

 Ее светлые волосы были темнее, чем в июне. Она, очевидно, перестала их красить. Интересно, по какой причине?

 — Послушайте, я даже не притворяюсь, будто понимаю принцип действия этого «Ченнела», — тихо объясняла Карла. — Я лишь знаю, как он работает. «Ченнел» предлагает осуществить любую фантазию. Только решитесь включить телевизор — и окажетесь там. Я не безумна. Но это секрет, свято хранимый здешними женщинами. Невозможно, чтобы все они бредили. И кстати, я вообще не курю. И никогда не курила.

 Хайди с любопытством уставилась на нее:

 — А ваша фантазия?

 — Я капитан Рейвен, пиратская королева, — не стала запираться Карла.

 Хайди, не выдержав, хихикнула.

 — Вы, конечно, шутите.

 Карла улыбнулась медленной, порочной улыбкой.

 — Дорогая, — сообщила она, — длина члена моего первого помощника — четырнадцать дюймов, а окружность — два с половиной. Неудивительно, что он находит мою G-точку семь раз из десяти. Так что я не шучу.

 — Четырнадцать дюймов?! — благоговейно прошептала Хайди. — Вы измеряли?

 — Именно, — лениво протянула Карла. — Понимаю, вас пираты не занимают. Но одна из моих подруг живет в пентхаусе, имеет страстного любовника и не менее пылкого массажиста. Обожает секс втроем. Вторая по ночам возвращается к истокам образования государства Израиль, а ее партнер — точная копия мужа в молодости. Она из тех, кто никогда не смотрит на сторону. Знаю также дамочку, которая нафантазировала себе любовницу. В своей реальности она себе такого позволить не может. Зато в «Ченнеле» вы позволяете себе быть абсолютно раскованной и делать все, что только пожелаете. Разве вам не хочется осуществить собственные фантазии? Не мечтаете же вы только о том, чтобы выйти за Джеффа Бакли? Наверняка хотите испытать что-то необыкновенное… может быть, пуститься в самый откровенный разврат. А главное, при этом не будет Джеффа. В этом заключается главный смысл «Ченнела», и поэтому ни один мужчина об этом не знает. «Ченнел» предназначен исключительно для женщин. Их желаний, их потребностей. Нечто вроде женского клуба, куда мальчишки не допускаются. Кроме тех, которых мы создаем в своем воображении.

 — И вы создаете их, просто позвонив на кабельное телевидение и попросив включить этот «Ченнел»? — задумчиво спросила Хайди.

 — Да, — кивнула Карла.

 Легче, легче… она уже на крючке. Теперь главное — не спешить.

 — А как «Ченнел» обозначен в счете? Джефф все проверяет, — объяснила Хайди.

 — Как заказанный по кабелю фильм, — пояснила Карла.

 — Вы меня дурачите, верно? — неожиданно воскликнула Хайди. — Недаром Джефф говорит, что вы лучшая подруга Норы! Это шутка. Верно? С чего бы это вам желать мне добра?

 — Видите ли, милая, — пояснила Карла, — здесь никто не злится на вас. Брак Джеффа и Норы давно разладился. Мы все гадали, кто первым попросит развода. Джефф не пользуется ничьими симпатиями. Мы терпели его ради Норы, да и то в тех редких случаях, когда он здесь появлялся. Да, Нора — моя лучшая подруга, не стану это отрицать. Но даже она не держит на вас обиды за то, что случилось. Хотя на вечеринке в честь выпуска Джей-Джея вам следовало бы прикусить язык. Но все это в прошлом. Главное — что вам придется торчать здесь по уик-эндам, пока Джефф не выставит дом на продажу. Вам здесь все осточертело. Кстати, Джефф на этот раз захватил виагру?

 Карла мудро воздержалась от улыбки, когда Хайди покачала головой.

 — Значит, сегодня он снова захрапит сразу после ужина. А вам придется полночи смотреть «Район № 9» по телевизору. Рик тоже укладывается засветло. Мужчины — как медведи зимой, готовы залечь в берлогу и спать целыми днями. А я устроюсь в подвале, в комнате для рукоделия. По крайней мере устроится мое тело. А вот тело, которым я владею в «Ченнеле», будут трахать до посинения огромным четырнадцатидюймовым колом, которым обладает и так искусно действует Калеб Сноу.

 — Я по-прежнему считаю, что вы меня разыгрываете, — повторила Хайди, но уже не так убежденно.

 — Проверьте! Позвоните на «Себебан кейбл» и закажите «Ченнел». Если я подшутила над вами, они скажут, что не понимают, о чем идет речь, — пожала плечами Карла. — Но если вам ответят, что «Ченнел» работает с восьми вечера, поймете, что я вполне серьезна.

 — Но там, возможно, показывают совершенно не то, о чем говорите вы. Что, если это передача о домашних животных или разведении цветов?

 Хайди нервно переступила с ноги на ногу.

 — А может, там окажется именно то, о чем я рассказываю. Если же окажется, что я солгала или вам все это не понравится, обещаю поговорить с Риком насчет просьбы Джеффа выставить дом на продажу. — Карла слегка улыбнулась.

 — Но я могу солгать, что заказала «Ченнел» и мне не понравилось, а вы никогда не узнаете правду, — возразила Хайди.

 — В жизни не поверю, что вы на это способны, — усмехнулась Карла. — Я считала, что вы играете честно.

 — Так оно и есть, — кивнула Хайди. — Кроме того, мне любопытно проверить, действительно ли существует этот ваш канал.

 — А какова ваша фантазия? — мягко осведомилась Карла, потянувшись за бутылкой лонгайлендского красного вина.

 — В колледже у меня был бойфренд, с которым мы любили играть в садомазо. Тогда я просто обожала секс с удушением. Просто невероятное наслаждение! Ни до, ни после я не испытывала подобного оргазма! Но Джефф, конечно, и слышать о таком не захочет, — с сожалением вздохнула Хайди. — Да, я люблю его, но, черт возьми, до чего же сложно уговорить его быть чуть-чуть изобретательнее в постели.

 «Леопарды своих пятен не меняют», — язвительно подумала Карла.

 — Значит, это ваш шанс. «Ченнел», — сказала она вслух.

 — А я могу получить парня с четырнадцатидюймовым концом? — робко спросила Хайди.

 — Только представьте такого, и он будет с вами, — заверила Карла.

 — Но как мне войти и выйти из «Ченнела»?

 — Только коснитесь экрана телевизора. Сами все поймете, милочка. И дайте мне знать, понравилось ли вам. Мне пора идти. Сегодня ночь пиццы, и моя уже ждет меня.

 — Какое вино подойдет к еде из китайского ресторана? — оживилась Хайди.

 — Я бы попробовала домашнее шардонне или розовый зинфандель, — предложила Карла. — Пока, милочка, еще увидимся.

 Она заплатила за вино и поспешно ушла за пиццей.

 Хайди Миллар купила шардонне. Джефф не любил розовые вина, хотя сама бы она предпочла зинфандель.

 Она забрала заказ в китайском ресторане «Во Фат» и поехала в Энсли-Корт. Неужели Карла Джонсон ее разыграла? Как может существовать подобный телеканал? И все же не помешает попробовать. А вдруг он действительно существует? Даже если нет… никто ничего не узнает. Она просто скажет, что не стала заказывать «Ченнел». Четырнадцать дюймов мяса! Последнее время Джефф был так занят делами: разводом, домом и тем, какое впечатление производит все происходящее на партнеров и клиентов, что практически не обращал на нее внимания. Раньше секс у них был каждую ночь. Теперь она была счастлива, если удавалось поднять его штуку дважды в неделю. Ей просто необходимо с кем-нибудь перепихнуться, потому что сегодня, черт побери, она уж точно ничего не получит от Джеффа. Да и завтра ночью тоже, после того как они вернутся в город. Короче говоря, в ближайшее время ей не видать никакого секса. Так почему не заказать «Ченнел»? Честно говоря, она надеется, что таковой действительно существует. Четырнадцать дюймов. Два с половиной — в окружности. Как же она мечтает ощутить такой член в своей «киске»! Ей нужен секс. Грубый.

 Представив руки свого бывшего бойфренда, сдавившие ее горло, и собственный безумный оргазм, Хайди едва не выехала на встречную полосу.

 — Где ты была? — сварливо поинтересовался Джефф, когда она вошла в дом.

 — Покупала вино, — ответила Хайди, ставя пакеты на кухонный стол. Вдохнула аппетитные запахи китайских блюд, и в желудке заурчало от голода.

 — Интересно, сколько времени уходит на то, чтобы выбрать бутылку вина в этой дыре? — процедил Джефф.

 — Ошибаешься! Здесь просто крутой магазин! Там есть все. Я нашла то чудесное австралийское белое вино, которое ты так любишь, — лебезила Хайди и, подняв бутылку, как приз, чмокнула Джеффа в щеку: — И перестань ворчать.

 — Что это? — подозрительно прищурился Джефф, поднимая узкую коробочку.

 Хайди залилась краской.

 — Это тест на беременность. Расслабься, я не беременна. Понимаешь, получилась задержка, и я встревожилась. Но на прошлой неделе пришли месячные. Я держала тест на кухне, чтобы использовать, если до этого уик-энда ничего не случится.

 — Я же сказал, никаких детей! — завопил Джефф и с размаху ударил ее по лицу. — Неужели мне мало своих неприятностей? Не желаю никакого сопливого отребья!

 Потрясенная Хайди прижала ладонь к щеке. Глаза наполнились слезами.

 — А я… я хочу ребенка. Хотя бы одного. Твои дети ненавидят меня, и, кроме того, они уже взрослые.

 — Никаких детей! — твердо повторил он.

 — Тебе вовсе не обязательно бить меня, — дрожащим голосом пробормотала она.

 — Прости, малышка.

 Джефф наскоро обнял ее.

 — Все этот проклятый дом! Ненавижу его! Я думал, что если уберу ее одежду, станет легче, но эта стерва просто повсюду! Скорее бы продать дом и покончить со всем!

 — Нам не обязательно приезжать сюда каждый уикэнд, — уговаривала Хайди. — Мы уже пропустили самые интересные вечеринки. А прошлой ночью был предварительный показ нового шоу, на который нас приглашали. И впереди еще два концерта, и мне очень хочется пойти.

 — Я не могу оставлять дом без присмотра. На неделе здесь все тихо, но по уик-эндам дети не ходят в школу и творят что хотят, — пояснил Джефф. — Вламываются в пустые дома, выпивают все спиртное, громят мебель. Нет! Пока я его не продам, придется торчать здесь все уик-энды. А теперь… не могли бы мы поесть? Я просто падаю от усталости и хочу пораньше лечь спать. Иисусе, этот новый заказ на зубную пасту меня достал. Музыка для рекламного ролика совершенно не годится, а я никак не соображу, что туда поставить.

 — Обязательно сообразишь, — утешила Хайди, наполняя тарелки китайской едой. И если Карла Джонсон соврала насчет этого странного канала, пусть лучше побережется! Джефф с каждым днем становится все меньше похож на сказочного принца. Может, если ее как следует оттрахают, она почувствует себя лучше. В конце концов, он партнер известной фирмы и купил ей квартиру в кондоминиуме, хотя промежуточный кредит она платит сама. Но ведь заставила записать квартиру на ее имя! Он действительно любит ее… насколько вообще способен любить. Зато они уже успели стать слаженной командой креативщиков!

 Хайди налила мыла в дозатор. Пригодится на следующий уик-энд, когда чистая посуда кончится. Хозяйка из нее никакая. А ведь судя по ухоженному дому и прекрасно оборудованной кухне, Нора Бакли — гений домашнего хозяйства. Можно держать пари, она и готовит хорошо. Но Джефф вроде бы не злится из-за того, что приходится питаться готовой едой. Она размораживала, грела и заказывала блюда из ресторана, но готовить? У кого есть на это время?

 — Десерт есть? — спросил он.

 — Печенье. Миндальное и с предсказаниями, — сообщила Хайди.

 — Дай мне два миндальных, и я допью вино, — бросил Джефф, выливая остатки вина в свой бокал. — Иду спать. Прости, беби, что оставляю тебя одну. Но я знаю, как ты любишь смотреть «Дистрикт».

 Он обнял Хайди, поцеловал и, пожелав спокойной ночи, ушел.

 Хайди убрала со стола и, поднявшись наверх, приняла душ. К тому времени как она надела изящную черную ночнушку, которая словно была на ней нарисована, Джефф уже храпел. Хайди захватила пустой бокал, спустилась вниз, в гостиную, и подняла трубку, но тут же поняла, что не знает номера компании. Огляделась, нашла программу кабельного телевидения и, набрав номер, заказала «Ченнел». Если не считать легкой заминки, когда оператор назвала ее миссис Бакли, все прошло гладко. Канал шестьдесят девять. Что же, все очень цивилизованно.

 На часах было начало девятого. Она включила телевизор. Экран медленно посветлел, и Хайди увидела тускло освещенную спальню с большой круглой кроватью в центре. Присмотревшись, она заметила алые атласные простыни. Потолок был зеркальным.

 Хайди хихикнула. Она всегда мечтала о подобной комнате. Было что-то крикливое, порочное и очень непристойное в комнате с огромной круглой кроватью, зеркалами на потолке и в алых атласных простынях.

 — Наконец-то! Где ты была? — послышался грубый голос. Из тени вышел мужчина гигантского роста с широкими плечами и грудью.

 Зато талия и бедра были узкими.

 — Я Брэд. Четырнадцать дюймов раскаленного мяса, — объявил он, притягивая ее к себе и одним движением разрывая рубашку. — Классно, беби, — ухмыльнулся он, сжимая ее груди. — Действительно — классно!

 — Эй, полегче, здоровяк! Это настоящий шелк, не лайкра! — предупредила Хайди.

 — Брось, беби! Ты любишь грубый секс, и я это знаю, — ухмыльнулся он, крепко прижимая ее к себе. Одна рука обвила ее талию, другая гладила попку. — Понимаю, чего ты хочешь, — продолжал он, — и могу дать это тебе. Верно, Хайди? Сейчас я брошу тебя на эти кроваво-красные простыни. Ты раздвинешь ноги пошире. Для меня, так ведь, беби?

 Хайди ощущала, как растет возбуждение. Сердце забилось сильнее, а клитор запульсировал при одной мысли о сексе с этим великаном. Она уже промокла!

 — Да, — прошептала она, принимаясь вылизывать его ухо.

 — А потом я воткну в тебя мой кол, и ты наконец поймешь, что такое настоящий мужчина. Не тот, достаточно старый, чтобы быть твоим папашей, любовничек, а настоящий мужчина. Тебе такой и нужен, верно?

 Он резко воткнул три пальца в ее лоно и стал двигать ими взад-вперед, пока она не застонала, охваченная нескрываемой похотью.

 — О, беби, да ты горячая штучка, — рассмеялся он. — Это твой первый визит на «Ченнел», и я постараюсь сделать так, что ты запомнишь его на всю жизнь.

 Он вытащил пальцы и сунул их ей в рот.

 — Это вкус распаленной «киски». Обсоси дочиста.

 Хайди послушалась, едва не теряя сознание от возбуждения. На нем были черные, бугрившиеся спереди трусики-танга. Его непристойности заводили ее, как никакие нежные слова.

 По-прежнему держа его пальцы во рту, она взглянула на него, отстранилась и пропищала:

 — Я такая скверная девчонка, Брэд! Как ты наказываешь скверных девчонок?

 Его лицо расплылось в широкой улыбке.

 — Я их шлепаю, беби. Шлепаю этим, пока попка не покраснеет!

 Он поднял большую руку.

 — А я не боюсь, — храбрилась она, но тут же со страхом добавила: — Только не ремень, Брэд. Пожалуйста, только не ремень!

 Нижняя губа Хайди дрожала.

 — Значит, сучонка, ты не боишься моей ладони?! — проревел он. — Тогда я отдеру тебя ремнем!

 В его руке откуда-то появилась кожаная полоса, не менее шести дюймов в ширину. Конец представлял собой нечто вроде завязанной узлами бахромы.

 — Иди сюда! — приказал Брэд, показывая на высокую, обтянутую материей скамью, и, не дожидаясь, пока Хайди подойдет к нему, поволок ее через всю комнату и грубо швырнул поперек скамьи, где сковал запястья наручниками.

 — О, Брэд! — вскрикнула Хайди. Глаза ее горели желанием.

 — Я научу тебя послушанию, сучонка! — прорычал он, с силой опуская ремень на ее голые ягодицы.

 Хайди почти стыдилась того, как сильно наслаждается каждым ударом. Очевидно, подобные желания были частью ее истинной натуры, которую она, если не считать двух случаев, скрывала от людей. Но здесь, в «Ченнеле», она получила возможность осуществить самые безумные грезы. И сейчас визжала и молила о пощаде, но ремень снова и снова опускался на ягодицы. Завязанная узлами бахрома впивалась в кожу, а иногда захлестывала и лобок. Наконец она пообещала всегда быть хорошей, и Брэд остановил порку. Она тут же ощутила, как он входит в нее сзади. Хайди снова взвизгнула и кончила, не в силах сдержаться. Но это было только начало.

 Брэд, смеясь, расстегнул наручники и, взяв Хайди за загривок, повел к кровати.

 — Ты маленькая лгунья. И никогда не умела себя вести, так, Хайди? Скажи: «Я лгунья».

 — Ни за что! — отказалась она, чем заработала пощечину.

 — Скажи!

 — Нет!

 Он снова ударил ее так, что голова непроизвольно откинулась.

 — Нет!

 Он намотал на кулак ее волосы, дернул назад и стал шлепать по груди, безжалостно щипля соски.

 — Скажи!

 — Нет!

 — Скажи «Я лгунья», беби, — настаивал он, сильно ущипнув ее клитор.

 — Я лгунья! — поспешно завопила Хайди. Господи, как же хорошо!

 Она едва сдерживала нетерпение. Какое-то чертово, непонятное ей волшебство позволяло Брэду точно знать все ее желания.

 — Хочу, чтобы ты меня отодрал! — простонала она.

 — Знаю, но сначала вылижешь мои яйца. Люблю, когда это делают хорошенькие женщины. И если мне понравится, я отдеру тебя, беби. Справедливо, не так ли?

 — Если это моя фантазия, разве не я здесь главная? — удивилась Хайди.

 — Ты не хочешь быть боссом, детка, — издевательски бросил Брэд. — Там, в другом мире, ты рвешься в боссы. Но не здесь. Здесь, куда ты будешь приходить снова и снова, можешь быть только рабыней и беспрекословно покоряться господину, потому что именно в этом нуждаешься. А потом вернешься в свою реальность, где снова станешь настоящей стервой и получишь то, чего хочешь там: а именно — власть. Ты гонялась за Джеффом Бакли, думая, что он способен дать тебе эту власть. Он был идеальной мишенью, с его раздутым эго и стремлением уложить в постель каждую юбку. Но ты скоро поймешь, что он не для тебя. Если выйдешь за него, он станет держать тебя на таком же коротком поводке, как держал Нору. Я тот любовник, которого ты всегда хотела иметь. И я здесь главный. Делай, как говорят, сучка!

 Он развалился на постели и расставил ноги.

 — Давай, иначе я немедленно тебя отошлю.

 Хайди сразу поверила и, встав на колени между его ног, потянулась к пенису.

 — Не смей дотрагиваться! — велел он. — Я сам его подержу. Лижи!

 — Пожалуйста! — взмолилась она. — Я хочу пососать его! Очень хочу!

 — Лижи, сука, и если мне понравится, я позволю тебе попробовать мой конец на вкус.

 Она подползла ближе, туда, где между его ног болталась большая волосатая мошонка, и стала лизать, сначала робко, потом все увереннее, ощущая, как перекатываются шары под морщинистой кожей. Взяла мошонку в рот, обвела языком, и Брэд застонал.

 — Хорошо, беби, хорошо, — похвалил он. — Так и быть, пососи моего дружка минуту-другую.

 Она осторожно выпустила его мошонку и втянула мощную плоть, наполнившую рот и проникшую до самого горла. Хайди словно в рай попала. Но если не считать небольшой интерлюдии, Брэд еще не трахнул ее. Тем не менее лучшего секса у нее еще не было. Однако нужно получить все! Ее так давно никто не удовлетворял! Джефф уже давно нуждался в виагре, чтобы не опозориться в постели. Ей приходилось немало потрудиться, чтобы поднять его обвисший конец. И он был совершенно не изобретателен в постели. Раньше она считала, что из него выйдет идеальный муж. Богат. Влиятелен. Способен продвинуть ее карьеру. Она думала, что сумеет примириться с его немощью в постели, но теперь, побывав в «Ченнеле», уже не была так уверена. Кроме того, она была куда умнее Джеффа, и большинство рекламных кампаний, которые, как считалось, проводил он, на самом деле ложились на плечи Хайди. Он давно уже не создавал ничего нового.

 И Хайди вдруг поняла, что больше не нуждается в Джеффе. Ей ни к чему отсасывать у стариков. Она достаточно умна, чтобы обаять старших партнеров.

 Член Брэда уже окаменел и налился силой. Она выпустила его.

 — Сейчас, Брэд! Я хочу, чтобы ты меня трахнул! Сейчас! И ты знаешь, как сильно я этого хочу! Хочу запомнить это навсегда. Хочу только самого лучшего, Брэд! Давай используем этот большой кусок мяса по назначению!

 Хайди легла и развела ноги. Лицо Брэда оставалось бесстрастным. Он подложил под ее бедра толстый валик, чтобы войти как можно глубже.

 — Свяжи мне руки, — неожиданно попросила она. — Давай подбавим немного перца!

 Он снял черные шелковые танга, поднял ее руки над головой и связал запястья.

 — Не слишком туго?

 — В самый раз, — заверила она.

 Встав на колени между ее молочно-белых бедер, он стал лизать розовые складки. Мясистый язык то и дело проникал внутрь, обводя клитор, так что Хайди постоянно сотрясалась в маленьких оргазмах. Наконец он решил, что она достаточно взмокла, и скользнул между ее ног, медленно и осторожно входя в тугое лоно. Дюйм за дюймом он продвигался вперед, все глубже погружаясь в раскаленную лаву ее соков. Хайди громко стонала, ощущая, как наполняет ее огромная твердая плоть. Как растягиваются стенки ее любовного прохода, как он пронзает ее своим орудием. Да это император всех пенисов! Король Пенис! И принадлежит ей!

 Теперь он все убыстрял темп. Настоящая чертова машина! Невероятно, но с каждым мгновением это становится все лучше.

 — Сделай это! Сделай сейчас! — твердила Хайди.

 — Так и быть, моя распутная сучонка, я исполню твое заветное желание! — бросил Брэд и, усевшись на нее верхом, вонзился до конца. Хайди блаженно зажмурилась. Он обхватил ладонями ее шею и стал медленно сжимать, не замедляя при этом движений. Подобное наслаждение она до этого знала только однажды. Рот Хайди открылся в безмолвном вопле. Лицо светилось невообразимой, невероятной страстью. Только увидев, что она кончила, он стал яростно изливаться в нее.

 Хайди лежала без сознания. Вокруг шеи шло ожерелье из синяков. Брэд откатился от нее и лег на спину, тяжело дыша. Немного придя в себя, он развязал ей руки. Хайди открыла глаза, непонимающе уставилась на него, но, все вспомнив, блаженно улыбнулась:

 — В жизни не было лучшего секса. Как, черт возьми, такое возможно?

 — Зачем тебе знать? — отозвался Брэд. — Тебе нужен большой «петушок», а у меня он есть. — Встав, он натянул трусики и негромко бросил: — Мне пора.

 — Но я не хочу, чтобы ты уходил! — взвыла Хайди. — Хочу, чтобы снова меня отодрал!

 — И что? — спросил он и, запустив руку в ее светлые волосы, яростно дернул. — Что я сказал тебе, беби?

 Крепкая пощечина. Голова Хайди беспомощно откинулась.

 — Что я сказал тебе?

 Брэд снова ударил ее. Лицо его исказила яростная гримаса.

 — Ты сказал, что я нуждаюсь в господине, — пролепетала Хайди.

 — И…

 Теперь он вцепился ей в волосы обеими руками.

 — Ты сказал, что здесь я рабыня, — всхлипнула Хайди. Он причинял ей боль, но это лишь возбуждало ее.

 Брэд разжал пальцы, припал губами к ее губам и стал гладить по попке.

 — Верно, беби. Я твой господин. И пока ты это понимаешь, мы прекрасно поладим.

 Отпустив ее, он направился к лифту.

 — Брэд!

 — Что, беби?

 Двери лифта открылись.

 — Ты вернешься? — спросила Хайди дрожащим голосом. Страшно подумать, что больше она его не увидит.

 — Я буду здесь, когда ты решишь прийти, беби, — пообещал он, входя в лифт.

 — Подожди! Как мне вернуться?

 — Ты уже возвращаешься, — успел бросить он. Двери закрылись.

 Голова Хайди кружилась. Она словно падала в бездну. Глаза на мгновение открылись, но тут же снова распахнулись. Она сидела на диване перед телевизором. На экране светилась распределительная таблица. Хайди выключила телевизор и поднялась, морщась от легкой саднящей боли между ногами. А шея! Ее действительно душили!

 И тут ее озарило. «Ченнел» реален. Очень, очень реален!

 Ее сердце возбужденно забилось.

 Но к сожалению, пора ложиться. Она, должно быть, заснула и видела сон. Утром все встанет на свои места.

 В спальне раздавался громкий храп Джеффа. Но едва матрац просел под ее тяжестью, он проснулся и подвинулся ближе.

 — Ты только ложишься? — рассердился он.

 — Я заснула перед телевизором, — солгала Хайди.

 Он стал ласкать ее груди.

 — Я не прочь заняться сексом, дорогая. Ну же, давай!

 Он задрал ночнушку и навалился на Хайди. Сам он спал голым.

 — Джефф, — запротестовала она, — неплохо бы сначала немного поиграть!

 — Ты уже мокрая, беби! Думаю, крошка Хайди тоже меня хочет, — хмыкнул он, грубо входя в нее. Несколько поспешных движений, и он кончил. Вышел из нее и довольно заметил: — Это было здорово.

 Хайди так и взвилась.

 — Здорово? Для кого? — прошипела она. — Лично мне ничего не досталось! Сунул, вынул — готово! Мне до чертиков это надоело!

 Джефф рассерженно вскочил.

 — Если тебе ничего не досталось, значит, сама виновата! — прорычал он. — Женщины до сих пор на меня не жаловались!

 — Те женщины, которым что-то нужно от тебя, дорогой! — не сдавалась Хайди. — Сколько раз говорить тебе, что женщине нужно больше времени! Пять тычков, и ты готов! Думаешь, для меня этого достаточно?!

 Она устремилась в ванную и захлопнула за собой дверь.

 Джефф пошел за ней и, обнаружив, что дверь заперта, нажал на нее плечом.

 — Кой дьявол в тебя вселился?!

 — Я только что поняла, что больше не нуждаюсь в тебе, Джефф, — холодно объяснила она.

 — И какого черта это должно означать? Я влюблен в тебя. Я развожусь с женой. Я разорился, чтобы купить нам чертов кондоминиум.

 — Ты внес задаток деньгами своих детей, а я плачу промежуточный кредит, так что до разорения тебе далеко! — завопила она в ответ. — И к твоему сведению, я не люблю тебя! И не стану твоей женой! Мало того, пойду к мистеру Уикему-младшему и объясню, чьи идеи ты используешь для рекламных кампаний и кто пишет слоганы и сценарии роликов! А когда все закончится, я стану вице-президентом, а ты — статьей во вчерашней газете. Теперь убирайся вон, чтобы я смогла спокойно помыться. Здесь наверняка ходит автобус до города. И я сяду в него, как только покину этот дом.

 Она толкнула его в грудь. Раз. Другой.

 Терпение Джеффа лопнуло.

 — Ах ты, расчетливая сука! — взвизгнул он и, окончательно потеряв голову, стал избивать Хайди. Та закричала. Когда Брэд отвешивал Хайди оплеухи, больно почти не было, и ей это нравилось, потому что она обрела господина. Но Джефф не щадил ее. Из носа хлынула кровь. Хайди снова закричала и, вырвавшись, выскочила из спальни, слетела по лестнице и подбежала к двери. Но Джефф не отставал. Рыча от гнева, он настиг Хайди, когда та возилась с замком, схватил ее и снова стал избивать. Хайди не помнила, как схватила старинную вазу со столика в холле и ударила его по голове. Джефф на мгновение отступил, ошеломленно осматриваясь, и это дало Хайди время открыть дверь. Крича во все горло, она помчалась по газону.

 В тупике стали открываться двери домов. Соседи, встревоженные шумом, выглядывали на улицу. Джефф, опомнившись от удара, попытался затащить ее в дом. Но Хайди сражалась, как тигрица, и продолжала визжать. Сэм Зелигман и Рик Джонсон, в одних халатах, выскочили на улицу, чтобы растащить дерущихся. Хайди, рыдая, бросилась на шею Сэму. Тот растерянно уставился на льнущую к нему девушку в черном неглиже.

 — Не позволяйте ему бить меня! — молила она, глядя на него полными слез глазами. — Пожалуйста, не позволяйте ему бить меня!

 — Все хорошо, дорогая, — уверял Сэм. — Идемте со мной.

 Он повел ее в свой дом.

 — Сука! — возмущенно орал Джефф. — Двуличная сука!

 — Беда в раю? — тихо осведомился Рик.

 — Сдохни! — рявкнул Джефф и зашагал к дому.

 Рик отвернулся, скрывая улыбку, и увидел Карлу, спешившую к дому Зелигманов. Он со вздохом последовал за женой.

 Лицо Хайди Миллар было разбито. Под глазом чернел фонарь, из носа все еще шла кровь, несмотря на то что Карла велела ей прижать к ноздрям платок. Рина, сочувственно кудахча, пыталась успокоить истерически рыдавшую девушку. Она поспешно отослала мужа и Рика из кухни, куда Сэм привел Хайди.

 — Ложитесь спать, оба! — велела она. — Мы с Карлой останемся.

 Мужчины ушли. Оставшиеся услышали, как захлопнулась за Риком дверь. Тут же раздались шаги взбиравшегося наверх Сэма.

 — Что случилось? — спросила Карла, стараясь не выказать слишком откровенного любопытства.

 — О, Карла, это было чудесно! — воскликнула Хайди. — А потом я пришла в спальню, и Джефф захотел… сами знаете чего, и, как всегда, думал только о себе. Я сорвалась. Но почему я должна терпеть его, особенно сейчас, когда у меня есть «Ченнел»?!

 — Ты рассказала ей о «Ченнеле»? — ахнула Рина.

 Карла улыбнулась и кивнула.

 — Что случилось? — повторила она.

 — Я высказала все, что о нем думаю. Что он давно уже не способен придумать что-то интересное, что использует мои проекты и что я обязательно все расскажу партнерам, и получу повышение, и не нуждаюсь в нем. Он стал избивать меня. Я думала, мне уже не жить. Честное слово.

 — Вам следует заявить в полицию, — мягко посоветовала Карла. — Нельзя, чтобы подобное насилие сошло ему с рук.

 Взгляды ее и Рины встретились поверх головы Хайди.

 — Да, — согласилась Рина. — Вы просто обязаны заявить на него, дорогая. Я всегда подозревала, что он поколачивает Нору, хотя бедняжка никогда в этом не признавалась. Видите ли, Хайди, Джефф — тот, кого в мое время именовали котом или кобелем. Он всегда старался задрать юбку первой встречной. И поверьте, он никогда не изменится. Не стоит думать, что он будет верен вам. Не больше, чем он был верен Норе. Полагаю, вы вовремя от него отделались. Я немедленно звоню в полицию.

 Хайди немного подумала. Теперь Джефф окончательно упадет в глазах партнеров, не так ли?

 При этой мысли она даже улыбнулась, но тут же сморщилась от боли в разбитых губах.

 — Полагаю, придется подать на него в суд, — театрально вздохнула она, — чтобы, больше он не вздумал сделать нечто подобное ни с одной женщиной! Как вы считаете, если Нора очнется, захочет принять его обратно?

 — Нет! — хором воскликнули Карла и Рина.

 — Пожалуйста, Карла, позвоните в полицию от моего имени, — попросила Хайди.

 — Рина позвонит. Лучше расскажите, что случилось прошлой ночью.

 — Его зовут Брэд. Он огромен. Везде. И я вернусь в «Ченнел» Его можно заказать в городе?

 — Конечно, — улыбнулась Карла. Вот уж Нора будет довольна!

 И Нора осталась довольна. Она взяла за образец Калеба Сноу, потому что Карла наверняка рассказала Хайди о его мужском достоинстве и та непременно захочет кого-то вроде Калеба. Когда из лифта вышел Брэд, Нора дала ему необходимые инструкции. Он, разумеется, согласился, но только после того, как потребовал плату за услуги. Он был бисексуалом и давно приглядел Ролфа в конюшнях жеребцов «Ченнела». И теперь хотел получить белокурого австрийца. Нора согласилась, решив про себя, что Хайди скоро станет наслаждаться сексом втроем.

 Двери лифта открылись, и в пентхаусе появился Брэд.

 — Надеюсь, ты поймал ее на крючок? — спросила Нора, едва он успел шагнуть вперед. — Дал ей все, что она хотела? Мне требуется, чтобы Хайди была счастлива в «Ченнеле». Она скоро вернется?

 Брэд кивнул.

 — Да, мэм, я дал ей все, что она хотела, — коварно ухмыльнулся он. — И обязательно вернется. Когда я уходил, она молила меня остаться. Теперь я жду обещанного.

 — Ролф! — окликнула она.

 Молодой блондин поднялся с дивана и подошел к ней.

 — Иди с Брэдом. Теперь ты принадлежишь ему.

 — Почему? — выпалил Ролф.

 — Потому что Кайл ревнует, а я не хочу его расстраивать. Потому что Брэд сделал мне одолжение, и теперь я возвращаю долг.

 Она погладила его по щеке.

 — Ты был хорошим мальчиком, но больше мне не нужен.

 Ролф пожал плечами, и она заметила, что его взгляд устремлен на бугор в трусиках Брэда.

 — Прощай, Нора, — бросил он и вслед за Брэдом вошел в лифт.

 Только тогда в комнате появился Кайл.

 — Что ты сделала? Почему рассталась с Ролфом?

 — Карла рассказала Хайди о «Ченнеле»! Подозреваю, Джефф уже ее не так интересует, особенно после того, как она поняла, что такое настоящий секс. А когда она бросит его, мне, возможно, удастся вернуть себе дом. Я придумала мужчину того типа, который нравится Хайди, и при этом использовала в качестве модели Калеба. Грубоватый, симпатичный парень, с большим членом. Появился Брэд, согласившийся стать фантазией Хайди в обмен на Ролфа. Хайди куда более изобретательна в постели, чем мой будущий бывший. Брэд позаботился о том, чтобы сегодня она получила лучший в ее жизни секс. Проснувшись утром, она наверняка пересмотрит свои приоритеты. Готова поставить на это все, что у меня есть! — злорадствовала Нора.

 — Но кто теперь будет тебя массировать, Рыжая? — улыбнулся Кайл.

 — Ты. Вынимай масло. Желаю, чтобы ты меня баловал, дорогой. Я такая счастливая сегодня!

 — И больше никаких других мужчин? — уточнил он.

 — Пока. Но я не даю никаких обещаний! — отрезала Нора.

 — Ты любишь меня?

 — Может быть. Но я по-прежнему не доверяю вашему полу, дорогой мистер Неотразимый.

 — Тогда мне придется провести целую вечность, убеждая тебя, — тихо сказал Кайл.

 — Вечность — это очень долго, — вздохнула Нора.

 — Ты права.

 Он взял ее за руку и повел в ванную.

 — Знаешь, я куда лучший массажист, чем Ролф.

 Нора улыбнулась. Разнообразие всегда приятно, но, иметь такого преданного мужчину, как Кайл, куда приятнее. А здесь, в «Ченнеле», они всегда останутся молодыми. И Кайл всегда будет таким, каким она хочет его видеть. Это идеальный мир.

 Но тут зазвонил телефон.

 — Подойди, — велела она.

 Кайл поднял трубку.

 — Да? — спросил он и, немного послушав, ответил: — Да, конечно, Маргарет. Она там будет. Дай мне полчаса, договорились? — Положив трубку, он обернулся к Норе: — Мистер Николас хочет тебя видеть. Я тоже иду с тобой. Придется отложить массаж, Рыжая. Мне очень жаль.

 — Выбери мне костюм, — попросила Нора.

 Кайл кивнул.

 Уже через двадцать минут Нора смотрела на себя в зеркало. Шелковые слаксы цвета сливочного масла, под которые надеты шелковые кремовые танга, подчеркивавшие ее попку под слаксами. Кремовая шелковая блузка с глубоким треугольным вырезом и длинными рукавами. Светлые кожаные сандалеты.

 Кайл надел бежевые льняные брюки и белую рубашку с закатанными рукавами. На ногах — кожаные темно-красные мокасины. Он уложил ее волосы в изящную прическу, а свои — смочил водой и зачесал назад.

 Они вошли в лифт. Кайл нажал красную кнопку.

 Когда двери открылись, парочка оказалась в элегантно обставленном офисе. Здесь было тихо. Только две женщины по-прежнему сидели за компьютерами. Подошедшая Маргарет поздоровалась с гостями.

 — Пойдемте, — пригласила она, останавливаясь перед двойными дверями. — Они здесь, мистер Николас.

 Они вошли в кабинет мистера Николаса. Тот приветливо улыбнулся:

 — Входите! Входите!

 Нора увидела, что на столе стоят ведерко со льдом, из которого выглядывало горлышко бутылки, и три хрустальных бокала. Она вопросительно взглянула на Кайла, но тот пожал плечами и покачал головой.

 — Моя дорогая Нора, — начал мистер Николас, целуя ее руки, — я потрясен! Вы сумели произвести на меня огромное впечатление. Просто блестящий план, и безупречно исполненный, а я не имел ни малейшего понятия о том, что вы задумали! И что способны на такое.

 Он налил шампанского, раздал бокалы и взял себе третий.

 — За вас, моя дорогая!

 — Мистер Николас, о чем вы? — смутилась Нора. — Что я такого сделала?

 Она поспешно отставила бокал.

 — Дорогая, не стоит скромничать! В таком изобретательном мозгу, как ваш, нет места для скромности, — снова улыбнулся мистер Николас. — Или все-таки есть?

 Нора вздохнула.

 — Я действительно не понимаю, что вы имеете в виду.

 Мистер Николас даже растерялся немного и тоже отставил бокал:

 — Разве не вы устроили так, чтобы Хайди Миллар узнала о «Ченнеле»?

 — Да, я, — протянула Нора. — Посчитала, что если она осуществит свои фантазии без помощи моего мужа, наверняка решит, что не нуждается в нем. О, я хочу развода, но если Джеффу не придется платить за кондоминиум, значит, и мой дом ему будет ни к чему. Я даже просила Карлу рассказать Хайди о достоинствах Калеба Сноу. Большинство женщин мечтают о любовнике с огромным пенисом. Я подумала, что Хайди молода, а молодые женщины в наше время куда более раскованны сексуально, чем мое поколение.

 — Но ведь это вы создали Брэда, дорогая, и велели ему идти к ней, не так ли? — допытывался мистер Николас.

 Нора кивнула:

 — Я подумала, что она захочет иметь мужчину своей мечты, припомнила свои встречи с Хайди и, кажется, поняла, что ей нужно.

 Мистер Николас довольно улыбнулся:

 — И благодаря вам она нашла свою мечту, дорогая. Хайди наслаждается садомазохистскими играми. Обожает секс с удушением.

 Нора непонимающе уставилась на него.

 — Объясни, Кайл, — велел администратор.

 Кайл выполнил приказание.

 — Вот как! — ахнула Нора. — Ну, уж я никогда бы не отважилась на подобные игры!

 Мистер Николас невольно рассмеялся, но тут же вновь стал серьезным.

 — Неужели вы не поняли, какой механизм запустили? Скорее всего нет, но я вижу в вас определенные способности. Позвольте рассказать, что случилось в вашей реальности. Хайди вернулись после встречи с Брэдом на «Ченнеле», поднялась в спальню и случайно разбудила вашего мужа. Тот потребовал секса. Она согласилась, но, честно говоря, Брэд намеренно оставил ее томиться и ждать нового свидания. К сожалению, ваш муж думал только о себе и заботился только о собственном удовольствии. Он забыл о Хайди, а та неожиданно восстала и начала его упрекать. В ответ он ударил ее и стал бить. Ей удалось вырваться из дома и поднять на ноги соседей. Женщины увели ее в какой-то дом и посоветовали вызвать полицию.

 Зеленовато-серые глаза Норы широко раскрылись. Губы мистера Николаса тронула легкая улыбка.

 — Ваши друзья подбили ее подать в суд. И она так и, сделает. Итак, дорогая Нора, вам выпала поистине уникальная возможность, и ваша судьба зависит от того, как вы поступите.

 — Н-не понимаю, — окончательно растерялась Нора.

 — Давайте сядем, — пригласил мистер Николас и с задумчивым видом пригубил шампанского. — Оскорбления и избиение — не слишком серьезные статьи уголовного кодекса, но вы знаете своего мужа, Нора. Для него крайне важно мнение окружающих, а особенно партнеров и клиентов. В газетах наверняка появятся неприятные статьи о происшествии. Господа Уикем и Коутс будут крайне недовольны. Вы, верная добродетельная жена, и Хайди, молодая женщина, за которой он ухаживал и чьей наивностью воспользовался, стали жертвами амбициозного, алчного и похотливого негодяя. Репутация вашего мужа будет погублена. Вряд ли он в своем возрасте сможет все начать сначала, верно?

 Нора не задумываясь кивнула.

 — Вы и ваши дети — единственные наследники всего имущества мистера Бакли, — продолжал мистер Николас. — Если он умрет — дом останется вам. Однако он может продать дом, чтобы заплатить дорогому адвокату в попытке избежать тюрьмы. Сейчас у него вовсе не так уж хорошо с деньгами. Конечно, шок от предательства Хайди вместе с потрясением, которое он получит, узнав, что Спящая красавица пробудилась ото сна, могут убить его, не находите? Недаром Джефф склонен к гипертонии.

 Его темные глаза были холодны и бездонны.

 — Я не могу воспользоваться положением Джеффа, — вздохнула она.

 — Можете, — твердо ответил Николас. — Это человек, бросивший вас после двадцати шести лет верности и преданности. Человек, пытавшийся выгнать вас из вашего дома, обездолить вас и ваших детей ради того, чтобы жениться на молодой женщине и жить безбедно. На женщине ненамного старше вашей общей дочери. Разве он не заслуживает смерти?

 Нора молчала. Она хотела мести, и вот он, ее шанс! Разве ей и детям не будет лучше без Джеффа? Джей-Джей сможет учиться в колледже, ни о чем не заботясь. Джил окончит университет, и ей не придется тратить время на дополнительную работу, вместо того чтобы заниматься. А у Норы останется дом.

 — Слушай его, Рыжая, — негромко посоветовал Кайл. — Тебе ни к чему и дальше жертвовать собой. Мы сможем быть вместе. Такому, как он, не стоит жить.

 — Если я соглашусь, — медленно выговорила Нора, — как это случится? Джефф, конечно, подонок. Но не хочется, чтобы он страдал.

 — А мы не хотим, чтобы он истратил все деньги на адвоката и лечение, — хитро усмехнулся мистер Николас. — Думаю, что на вторую ночь пребывания в тюрьме у него случится острый сердечный приступ. Он умрет во сне, наблюдая, как вы и Кайл занимаетесь страстным сексом.

 — Он будет знать, что это я? — оживилась Нора, которой очень понравилась эта идея.

 — Да, потому что вы этого хотите.

 — Хочу! — воскликнула Нора. — Очень хочу!

 — В таком случае, дорогая, ваше желание исполнится. И вы не будете терзаться угрызениями совести. Обещаю. Ваш муж получит то, что заслужил, — заверил мистер Николас.

 Значит, все так просто?! И никто ничего не узнает?

 — Я лежу в «Шоркрест», — сказала она вслух. — А когда очнусь, меня сразу не отпустят. Придется полежать еще несколько дней.

 Мистер Николас надолго задумался.

 — Вы проснетесь совершенно здоровой, — объявил он наконец, — словно все это время спали. Ни атрофии конечностей, ни слабости. Все будет в норме: пульс, дыхание, словом — все. Вы согласитесь пробыть там еще одну ночь. Потом адвокат позаботится, чтобы вас выписали. Вернетесь домой и станете жить, как прежде.

 — Я согласна! — воскликнула Нора. Какой смысл в дальнейших страданиях? Она должна использовать эту возможность ради себя и детей!

 — Но помните, дорогая, за вами должок.

 — Разумеется. И немалый, — кивнула она. Что он может от нее потребовать? Стать на время одной из секс-рабынь «Ченнела»? Пусть так! Но она будет счастлива, если мистер Николас решит ее проблемы! Она устала сражаться с Джеффом Бакли и хочет поскорее от него освободиться.

 — Не волнуйтесь, дорогая, — улыбнулся мистер Николас, — обо всем позаботятся за вас. Я счастлив, что вы не забыли своих обязательств передо мной. А теперь бегите и приготовьтесь вернуться в реальность. В ближайшие несколько дней у вас будет много хлопот, дорогая. Но будьте терпеливы. Был очень рад принимать в «Ченнеле» такую милую гостью.

 Нора и Кайл вернулись в пентхаус. Нора огляделась. Кажется, небо за окном посветлело, или это всего лишь ее воображение?

 — Ты обещал мне массаж, — сказала она Кайлу, призывно улыбаясь.

 — Времени не осталось, — шепнул он, обнимая ее. — Я буду скучать по тебе.

 — Мы скоро увидимся, — пообещала она. — А потом будем вместе каждую ночь.

 — И целую вечность, — добавил он.

 — Целую вечность, — согласилась она. — Держи меня крепче, Кайл.

 Она почувствовала, что ускользает от него. Голова кружилась все сильнее. Нора вдруг потеряла сознание. Открыв глаза, она обнаружила, что лежит на больничной постели в палате с розовыми стенами и цветочным бордюром. Несколько минут Нора не шевелилась. Потом повернула голову направо. В окно проникали первые рассветные лучи. В саду рос кизил с ветвями, красневшими среди островков полурастаявшего снега.

 Нора осторожно села, спустила ноги на пол. Все в порядке. Мало того, она прекрасно себя чувствует, словно после долгого отдыха. Теперь ей уже не хотелось интересоваться, что случилось и действительно ли «Ченнел» реален. Она должна достойно сыграть роль и помнить, что не имеет ни малейшего понятия о том, сколько всего произошло за все это время.

 Звонок сестре. Тут должен был звонок сестре.

 Она нажала кнопку и стала медленно прохаживаться по комнате. Нет, ходит она уверенно, и голова ничуть не кружится.

 Расхаживая, она тянула за собой капельницу.

 Дверь открылась, и на пороге возникла женщина в медицинской униформе.

 — Миссис Бакли! — воскликнула она и, поспешив к Норе, попыталась обнять ее за талию. — Вам нельзя вставать!

 Нора спокойно отодвинулась.

 — Я прекрасно себя чувствую, но несколько сбита с толку. Где я?

 — Пожалуйста, сядьте, миссис Бакли. Вы в «Шоркрест».

 — Частная лечебница? Но ради всего святого, что я здесь делаю?

 — Что вы помните последним, до того как потерять сознание, миссис Бакли?

 Не могла же Нора сказать, что помнит, как ее обнимал самый сексуальный и самый красивый в мире мужчина!

 — Помню, как заказала кино по кабельному каналу и села перед телевизором, — объяснила она.

 — Очевидно, с вами случилось нечто вроде удара или мозгового спазма, — кивнула медсестра.

 — Как долго я здесь пробыла? — спросила Нора.

 — Десять дней в больнице и шесть недель — здесь. Какую последнюю дату вы помните?

 — Первое января. А какое число сегодня?

 — Сегодня первое марта, миссис Бакли.

 Она взяла ее руку и стала считать пульс.

 — Я Эмма Джеймс, ночная медсестра этого крыла. Что же, пульс нормальный. Садитесь на кровать. Хочу проверить ваше давление и отсоединить капельницу.

 Нора послушно подошла к кровати и села. Сестра надела ей на руку манжету тонометра и быстро заработала «грушей». Получив показания, она сняла манжету и отсоединила капельницу.

 — Что там? — спросила Нора.

 — Сто пятнадцать на семьдесят пять. Нормальное, хотя и низковатое.

 Она внесла данные в таблицу, висевшую в изножье кровати Норы.

 — Поразительно! Похоже, вы в полном порядке. Вот доктор Зелигман обрадуется. Хотите, я позвоню вашему мужу?

 — Нет. Я не знаю, где он сейчас. Лучше дождемся доктора Сэма. Пусть он сам разыщет моего мужа.

 — Пожалуйста, ложитесь в постель, миссис Бакли. На всякий случай. Вы голодны? На кухне только что началась работа, но я могу принести вам чаю и кексов из комнаты сестер.

 — С удовольствием, — согласилась Нора.

 Зеркало. Ей нужно зеркало. Она должна узнать, как выглядит. Едва за сестрой закрылась дверь, Нора встала и вышла в ванную. Странно, она смотрится моложе своего возраста. Вот только волосы снова поблекли. На этой неделе она покрасится.

 Нора нашла в шкафчике щетку, причесалась и заплела косу. Да. Лицо определенно выглядит моложе. Беззаботнее. Неужели она избавилась от многолетнего стресса?

 Нора вышла из ванной и легла в постель. Сестра Джеймс принесла ей чаю с нарезанными кексами.

 — Не стоит переедать, — предупредила она. — Мы дважды в день вводили вам питательный раствор.

 Она поставила тарелку и кружку на столик.

 — А теперь я вас покину. Пациенты уже просыпаются. Нужно сделать обход до начала семичасовой смены. Надеюсь, вы не возражаете?

 — Который час? — спросила Нора.

 — Почти семь. Я немного задержалась здесь… но, миссис Бакли, это истинное чудо!

 Она улыбнулась и поспешила к двери.

 Чудо. Применимо ли это слово к тому, что случилось с ней? Со всеми ними? Дети! Нужно позвонить детям!

 Она тосковала по Кайлу. По своей квартире. По бесконечной и восхитительной чувственности, в которой она буквально купалась, когда была в «Ченнеле». Он стал частью ее, и теперь она злилась на то, что не может немедленно стать его частью. Может, «Ченнел» — нечто вроде наркотика?

 Но она уже знала ответ. Да, «Ченнел» — это наркотик, и поэтому все, кто хоть раз в нем побывал, возвращаются назад. А Нора прожила там несколько недель. И теперь испытывала нечто вроде ностальгии. Но это не навсегда. Остается пережить сегодняшний и завтрашний дни.

 
Вверх

Поделитесь ссылкой